Санклиты 6. Преисподняя

Мои глаза поспешно переместились на огромное колесо обозрения с желтыми корзиночками кабин, похожими на формочки для выпечки печенья. Стоило вспомнить о еде, как желудок требовательно заурчал. Драган погладил его и снял со спины рюкзак.

- Предлагаю перекусить.

- Пикник в Чернобыле. – не упустила случая мисс Хайд. – Такого у нас еще не было. – под недовольное попискивание дозиметра зубы вонзились в бутерброд с сыром и овощами. – Вкусно! - вот только пока никакого понимания, где открывать портал. Вибриссы вообще молчат.

То ли сникли под натиском впечатлений, то ли захлебнулись в боли. Даже банальная интуиция молчит.

Увидев, что госпожа Драган опять помрачнела, Петро принялся травить байки.

- … и оказалось, девушка одна куда-то пропала. Он, значит, искать бросился – ведь если что, отвечать придется. И нашел. Стоит эта… голубушка в купальнике, красиво так стоит, прислонившись в аккурат к ковшу того самого экскаватора, что разгребал завалы реактора! И что, думаете, она ответила, когда он ей на великом и могучем матерном языке объяснил, что еще немного и ее шансы передать свои гены потомкам были бы равны нулю?

- Что? – открутив крышку с зашипевшей колы, поинтересовался Сеня.

- Что ей, видите ли, сказали, будто чернобыльский загар не смывается! – Петро рассмеялся. – Хорошо, никто не посоветовал на кладбище припятском ночку поспать, дабы титьки выросли! Да, наши и не такое отчебучить могут!

- А иностранцы?

- Иностранцы - они как дети, - Петро улыбнулся в усы.

- Как-то вел я сборную солянку англоязычную. Разбредались они у меня во все стороны, замучился за ними аки мамка бегать. Одни бубнят, себя для интернета увековечивают, корреспонденты хреновы. Другие по двадцать снимков делают, чтобы покрасивше выйти. Замучили, одним словом. – он махнул рукой. - Решил устроить им воспитательный момент. Завел в заброшенную школу, в кабинет биологии. А там на полу валялся бывший учебный скелет.

- И чего? – Арсений затаил дыхание.

- Иду я, значит, как ни в чем себе не бывало, рассказываю, как обычно. А сзади – тишина. Ни хруста стекол и битого кирпича не слышно, ни этих, бубнуш, которые для ютуб-канала видео делали. – Петро помолчал, закуривая. - Оборачиваюсь, а они в кучку у стены сжались и на тот скелет глядят. Один, который посмелее был, откашлялся, на меня посмотрел и спрашивает, настоящий, мол, скелет-то? А сам бровью подергивает, тик от страха начался.