Санклиты 6. Преисподняя

Хотя четвероногие не так опасны как двуногие. - проводник вгляделся вперед. Пара парней и девушка зыркнули в нашу сторону настороженными взглядами и растворились в наступающих сумерках. - Самоходы так называемые, - пояснил Петро, - экстремалы! Мамок их жалко. - он скрипнул зубами. - Пороть некому! В компьютерных своих игрушках привыкли делать, что угодно, думают и здесь можно также. Каждую неделю вытаскиваю из домов таких идиотов – лезут посмотреть, а пол, лестницы уж давно на честном слове держатся, проваливается все… А они не понимают, что из-за таких д…в вообще скоро все здесь для туризма прикроют.

Сталкеры, чтоб их!

Мы двинулись дальше через редколесье. Под ногами чавкали кочки, и я впервые порадовалась, что по настоянию моего предусмотрительного супруга надела резиновые сапожки. Где-то неподалеку, заставив дятла замолчать, закуковала кукушка. Арсений, конечно же, не упустил случая задать бедняге сакраментальный вопрос:

- Кукушка, кукушка, сколько мне жить осталось?

Пернатая бедняга принялась послушно отсчитывать годы.

- Не издевайся над птицей, ирод! – я дернула его за рукав. – Идем.

- Смотрите, - прошептал Петро, указав на подсвеченный уходящим солнцем табун лошадей Пржевальского, что паслись в поле. Светло-коричневые кони, мордами похожие на осликов, с жесткой на вид темной гривой, что топорщилась вверх, как щетина зубной щетки, нас заметили, но даже не думали убегать. - Их в заповедник завезли, он сравнительно недалеко отсюда, - пояснил проводник, - но лошадкам здешние луга почему-то больше приглянулись.

Видимо, травка со стронцием вкуснее.

Чем дальше мы отходили от города, тем больше Зона отчуждения напоминала национальный парк. Мимо не спеша шагали лоси, пробегали косули, в траве скользили змеи, лисы с добычей в зубах спешили к лисятам, заливались птахи и кузнечики, встретился даже медведь, который улепетал так быстро, что мы не успели испугаться.

Солнце почти село, когда перед нами словно из-под земли выросла деревенька на несколько десятков пустых домов, заросших мелкими деревьями и травой по пояс.

Время давно смыло с них краску, придав всем унылый серый цвет. У некоторых окна были закрыты ставнями, делая их похожими на мертвецов. Другие, с зияющими пустотой оконными проемами - как распахнутыми в предсмертном крике ртами, походили на беглецов, настигнутых беспощадным временем.

Природа зелеными ужами заползла внутрь, начав разрушать людское жилище. От черепицы на крыше уже и следа не осталось.