Евсения

Потому как с противоположной от дороги стороны, нас сейчас с остальным «миром» разделяющей, красовались в такой же длинный ряд лавки. Хотя, я бы сказала, «настоящие терема» - с высокими крылечками, какие у нас в Купавной есть лишь в Любонином порядничьем доме (да и то – в единичном числе), и ажурными фронтонами. И возле этих лавок сейчас била ключом жизнь… Интересно, если так выглядят обычные ладменские деревни, то какие же тут го-ро-да?

- Евся, ты рот то закрой.

- Что?.. – рассеянно глянула я на невозмутимую подругу.

- Спрашиваешь: «Как уснуть могла у чужого мужика под крылом»?.. Я бы, Евся, на твоем месте Стахоса «чужим» звать перестала, - отстранила она рукой потянувшуюся к семечкам Дулю. – После того, как Хран тебя еле от него оторвал.

- То есть как это: «еле оторвал»? - недоуменно уставилась я на подружку.

- А ты во сне его руками намертво обхватила. Думали, вместе с его безрукавкой тебя укладывать на телегу придется, - добавила она масла в огонь.

- Та-ак, - с явным удивлением осмотрела я, поднеся к глазам, свои руки. – Вот стыдобище то… Слушай, кстати, а где они сами? И провожающий где?

- А-а, лошадь тебе уехали покупать и запасы в дорогу. Давно уже. Думаю, скоро вернутся.

- Как это, «уехали»? А деньги? Мне Адона специально для таких целей их дала. Я бы и сама… могла, - в конец затухла я.

- Она бы смогла, - с усмешкой толкнула меня плечом подруга. – Учись жить по-новому, Евся. Учись принимать от других дары и учись им доверять.

- Тебя Мокошь этому научила?

- Ага. И она тоже… А еще жизнь, - многознающе вздохнула Любоня, поправив в ухе сережку с жемчужиной. – А дружок твой усвистел куда-то. Сначала здесь крутился, а потом, будто увидал кого и сорвался со всех ног. Или что там у него?

- Копыта там у него, - вновь завертела я головой.

И как раз вовремя. Чтобы заметить, как здоровенный мужик с корзиной в руке, спустившийся с крыльца одной из лавок, вдруг, хлопнул свою поклажу на землю и басом заголосил:

- А-а-а!!! Сволочи! Упыри! Порезали! – бросился он вокруг груженой мешками подводы, припадая к каждому из них по очереди. И действительно, старательно прищурив глаза, я очень явно сейчас разглядела многочисленные длинные надрезы из которых снегом струилась на землю… мука.