Евсения

Правда, по тому описанию, у тебя, вместо рожек на макушке корона была зубастая, а вместо хвоста – огненный хлыст. Но, узнать можно. Только ты, знаешь, что… имей в виду, она капкан грозилась поставить. Тоже – с зубьями, - закончила, уже едва сдерживая смех, наблюдая за приунывшим вмиг вором.

- Ой, горе мне, горемычное, - тяжко вздохнул тот, хлопаясь со мной рядом.

- Еще какое горе, - подпела и я в той же манере. – Особенно, если батюшка Угост узнает, что ты, вместо того, чтоб на Охранное озеро его сопровождать, как и положено приличному слуге волхва, по курятникам чужим шманаешь… На, зажуй свое «горе» горяченьким.

Бесенок вздохнул еще раз, раздув свои козлиные ноздри и с усердием принялся за картофельную шаньгу:

- И в правду, вкусно… М-м-м… Евся…

- Да.

- А ты ведь ему про то не скажешь, моему господину?

- Посмотрим на твое поведение.

- Я понял… Евся… А разгадай загадку.

- Ты что, со стишков на загадки перешел? – оторвалась я от созерцания водной глади.

- Ну-у, они тоже с рифмой, - жуя, пояснил бесенок.

- А-а. Давай, загадывай.

- Подскочила нечесаной с утра. Прогнала жениха из окна, - выдал рифмователь и выжидающе уставился на меня.

- Ага…

- Ага. А я еще одну знаю. Хочешь, загадаю? – и, не дожидаясь дозволенья, выпалил. - Летела с моста. Прихватила молодца… А эта тебе как?

- Рифма хромает. А хочешь, я тебе загадаю? – как можно душевнее осведомилась я, а потом ухватила Тишка за длинное ухо. – Что подслушнику важнее: язык или уши?

- А-а-ай!!! – на все озеро заблажил тот, зависнув на своем «важном рабочем инструменте».

- Друзья, значит? – на самую малость ослабила я хватку. – А за друзьями не подглядывают и на друзей не наушничают. Тебя батюшка Угост это делать заставляет?

- Не-ет! Я сам! Отпусти же! Я больше не буду… такие загадки загадывать.

- Ну, смотри у меня, - осел бесенок обратно на доски и прижал лапкой пострадавшее ухо:

- Не ожидал я от тебя такого, Евся.

- Не ожидал? – он не ожидал… Да я и сама от себя тоже, честно говоря. И с чего так разозлилась? – Ну, прости.

- Чего-чего ты сказала? – скривился в ответ бесенок. – Я что-то плохо теперь слышу.

- Прости меня, говорю. Сильно я на тебя разозлилась. Представь, что мне будет, если батюшка Угост узнает про мои прыжки с моста и его, "молодца" этого, из моего чердачного окна. Он тогда вообще меня с озера никуда не выпустит. Даже в Купавную.