Евсения

- Побойся Перуна – громовержца! – испуганно распахнула свой рот на меня Любоня, зыркнув глазами, от чего то, на погребную крышку. – Речи такие произносить. Раз сказано, что он - негодяй, значит, негодяй. За то и божественная расплата, – категорично заключила она, а Лех, лишь снисходительно хмыкнул:

- Богов лишь ведьмы не боятся. Зато и горят всегда на священном Сварожьем костре. А ты, Евся, не ведьма. Ты – просто дура. Ибо все весевые бабы – дуры, от того и нуждаются всегда в умном мужике рядом.

- Да что ты говоришь, умник? Вместо головы – соломы скирда.

- Сначала бы писать и читать грамотно научился, а потом уж кочевряжился своим умом, - а вот теперь мы с подругой выступили с одним на обеих мнением…

Тихий ручей, берущий начало меж древних каменных глыб, в восточной, предгорной части леса, вполне свое название оправдывал, бесшумно скользя плавными изгибами меж деревьев и вновь ныряя в глубину уже на склоне заповедного холма, в густых орешниковых зарослях. Воду из него любили и лесные обитатели, собираясь вдоль всего прозрачного течения.

И весчане, часто «причащающиеся» от его наземного окончания. По этой причине островок орешника вокруг ручья, со стороны огородов, выглядел круглый год, будто рот со щербиной – узким проходом вглубь и уж зарастать даже не пытался.

Но, мы с бесенком в те прореженные заросли спускаться сейчас и не думали. Зачем, когда весь лес – в полном нашем распоряжении. Я лишь окинула беглым взглядом склон холма, уже пристроив горшечное горлышко к холодному водяному потоку… да так рот свой и открыла:

- Побудь ко здесь, я вернусь.

- Ты куда? – пискнул мне вслед Тишок, но, я к нему даже не обернулась, летя со всех ног к спешенному всаднику, скучающему сейчас в клеверной низине рядом со знакомым рыдваном:

- Доброго здоровья, Русан! – громко выдохнула, а уж потом заозиралась по сторонам, ища глазами… - А где Любоня? Ты, ведь ЕЕ сюда привез? Она ведь, ко мне… Или… - глядя в спокойный, как серый лед на реке взгляд грида, замолкла, вдруг.

- Здравствуй, Евсения, - едва склонился мужчина, коснувшись пальцами груди. -Нет, не ее.

- А кого?

Русан, на несколько мгновений, замялся, бросив нахмуренный взгляд в правый край леса, а потом, все ж, мне ответил:

- Хозяина. Я сегодня его сопровождаю… сюда. Ты еще что-то хотела?

- Да нет, - озадаченно протянула я, невольно развернувшись в ту же сторону, и перехватила в руках холодный в испарине горшок.