Евсения

- Нет, что ты… Так, почему?

- Я же тебе говорю - у дриад нет понятия «чужая», если, конечно, речь идет о другой дриаде. А мы с твоей матерью были лучшими подругами… до того, как она влюбилась в твоего отца и ушла из леса в Бадук, к этим шахтам. А потом, перед тем, как их нашел Прокурат, твой отец принес тебя сюда. Потому что они с волхвом были старыми знакомцами. Только никто тогда из твоих родителей не думал, что все так круто обернется, этим громогласным «Дриадским делом»(1). До последнего надеялись, что хоть мать твою, Виолу, отпустят.

А уже после суда, - вздохнула Адона. – я пришла к нему, к волхву и стала просить, чтобы он мне тебя отдал. А он отказался…

- И ты осталась.

- И я осталась… И была у него, как и ты, на «ночных прогулках».

- И как он вообще волхвом то стал, с его магическими способностями? Ведь без «подпитки» от Кобь-камня - никто. Даже сияние, как у немощного больного. Я ночью сегодня заметила.

- О-о, в свое время он был очень сильным, - не по-доброму, усмехнулась дриада.

– Ведь смог же из этого леса всех выжить, вплоть до последнего шушеля(2). А потом… просто ему так же сильно один раз не свезло, лет тридцать назад.

- И кто ж его так надежно «кастрировал»? – удивленно замерла я. – На Склочные болота сбегал?

- Нет. Подельник, - буркнула Адона, а потом, вдруг, встрепенулась. – Да то, давняя и темная история, о которой он ни с кем особо не делился. И вообще, Евся, давай ко вниз. У нас мужчина в доме, а мы с тобой языками плесневелые перины перетрясаем.

Пошли. Все одно уже, не уснешь.

- Подумаешь, «мужчина», - поднимаясь с теплых колен, протянула я. – Да он, наверняка, еще долго будет дрыхнуть. Ты же ему не плесневелую, а хорошую, волховецкую перину подмахнула… вместе с койкой.

- Ох, Евся, испортила я тебя. Избаловала, - потягиваясь уже у лестницы, беззлобно расплылась Адона, а я ненароком замерла, любуясь на это небывалое доселе зрелище. Будто и у нас, внутри дома, тоже свое солнышко зажглось:

- Адона, а как мы с тобой хорошо теперь заживем.

- Хорошо, да не долго.

- Это почему? Ты в свой лес уйдешь?

- Нет, боюсь, это ты от меня уйдешь. И не в лес, - исчезла дриада в лестничной дыре… Ха, да вот еще…

«Мужчина», как и предполагалось, спал. Я лишь дверь в «господскую» опочивальню плотнее прикрыла – с детства воспитанная привычка. А потом плюхнулась на крыльцо, уже подсушенное ветром, самостоятельно расчесывать свои волны.