Марена и Кощей

«Чтоб ты провалился!»

— Иду, ваше бессмертие.

Она пришла к нему. Лениво, мягко, грациозно. Как кошечка на зов. Кощей, не отрываясь следил за ее приближением, сверкнул клыками в улыбке, замечая ее намеренную медлительность, а потом обратился к барину:

— Я забираю царевну, ей будет лучше погостить у отца какое-то время. Гордей любит свою дочь и лучше ему не знать, что с ней случилось сегодня.

— Но она моя жена… — возмутился Елисей. — Я могу сам позаботиться…

— Что? — Кощей оскалился, как дикий кот, и пренебрежительно помахал рукой на Елисея.

Елисей пошел красными пятнами, желваки заходили на щеках, и он кивнул.

— Как будет угодно.

— И эту я тоже забираю.

— Кого? — не понял Елисей.

— Дочь Ротибора. Пусть присматривает за госпожой.

«Чтоб ты провалился! С другой стороны… может царь сможет меня защитить? Приду к нему, попрошу помощи от его сумасшедшего советника… Я все-таки дочь вождя! Должны же они относится ко мне иначе, чем к прислуге?»

— Должны, но не обязаны… — сказал какой-то ласковый, мурчащий голос и что-то мягкое задело ее ногу.

Марена аж подпрыгнула, взглянула под ноги, по сторонам. Но в этой слепой темноте, едва ли что-то можно было рассмотреть, а странному она уже не удивлялась.

И все же… кто это был?

Глава 6

1

Кощеевы гридни сняли с повозки семь сундуков.

Гридни вызывали у Марены ужас. То были не люди… Бледные, молчаливые, зловещие. Мертвецы? Марена даже знать не хотела, что это за существа, а Василисе было не до них. Она точно спящая царевна, куда вели, туда и шла, одетая в меха и украшения как куколка. Марена лишь смотрела сорочьими глазами на яркие побрякушки Василисы, сама она переезжала почти с пустыми руками, только плащ Ярослава грел ее плечи, да в руках она несла узелок — Дуняшка дала кое-какую одежду, чтобы совсем уж голая не ходила.

Кощей вышагивал рядом, неся себя к красным башням Гордея, да острым крышам, как царь — осанка величавая и гордая, чуть приподнят подбородок, брезгливый взгляд скользит по округе, бескровные губы слегка поджаты, и черный плащ клубится за его плечами как туча.