И Стена падет

Для тебя.

Лика зачарованно смотрела на белые лепестки, и принц видел, как ноздри ее слегка расширяются — тошнотворно-сладкий аромат достиг ее носа.

- Для меня? - переспросила она. Бешенство уходило, уступая место растерянности.

Висмут кивнул.

- Он просил передать, что пока жива его магия… пока жив он, этот цветок не завянет.

Справившись с собой, Лика презрительно фыркнула. Принц заметил, что в ее глазах больше нет горечи.

- Как будто мне есть дело до его жизни! - воскликнула она.

Но цветок взяла. И с наслаждением уткнулась носом прямо в ароматную сердцевину.

Глядя на расцветающую на глазах подругу, Висмут подумал, что Ррив абсолютно прав. Ему еще только предстоит научиться обращаться с женщинами.

Уже направляясь в свои покои принц поклялся себе, что завтра объяснится с Кэролой Крив чего бы ему это не стоило!

***

Снилась ему какая-то дрянь: кровавые разводы на каменном полу, Ривелли в красных одеждах, кричащий от боли, Терра, рыдающая над телом его матери, Кара с искаженным страданием лицом и Лика, истерически хохочущая над чьей-то могилой.

Посреди всего этого хаоса возвышалась Стена, почему-то видимая, похожая на крепостную стену Медного Замка. Она разрушалась, но Висмут не чувствовал удовлетворения или радости. Только горечь.

Проснулся он еще до рассвета, совершенно разбитый. Голова так сильно болела, что мелькнула каверзная мысль остаться в замке, как того хотел бы отец.

Отец… нужно поговорить с ним. Сейчас, до того, как он уедет. Висмут сел на кровати, провел ладонями по лицу и встряхнулся.

К демонам гордость. Перед тем, как он отправится в опасное путешествие, он хочет объясниться с Королем.

Глядя на предрассветные сумерки из окна своей спальни, принц рассудил, что сейчас еще слишком рано — все-таки, Ксандр и Терра были на городском празднике, они вполне могли остаться в Дарне до самого конца.

Скорее всего, Король и Королева еще спят, но оставаться в своих покоях Висмут не хотел. Вызвав служанку, он распорядился подать ему завтрак в кабинет отца.

Он подождет его там, заодно, возможно, приведет мысли в порядок.

Перестанет думать о том, что его сновидения предрекают беду. 

Висмуту часто снилась мертвая мать — с самого детства. Будучи уже мужчиной, он так и не избавился от старой детской травмы, которую ему нанес тот переворот. Два переворота. Воспоминания не желали лечиться временем, они все еще были яркими, и это сильно злило принца. Почему-то, ему казалось, что это — проявление слабости.