И Стена падет

Неподалеку действительно стоял один из солдатов, и если раньше Висмут подумал, что он один из тех, кто пялится на ее обтянутую кожаными штанами попку, то теперь осознал, что это нет так. Не совсем так. Пожалуй, этому человеку нравилось поручение Дивора: не каждый день в тренировочную залу приходят прекрасные создания наподобие Лики.

- Сумасшедшая… - пробормотал Висмут. - Что ей в голову взбрело?

Дивор улыбнулся, и его лицо стало совсем уж устрашающим.

- Женщины… они иногда удивляют, правда?

Висмут рассеянно кивнул.

 

Удивляют — не то слово. В голову пришла мысль, что Лика — одна из немногих в Медном Замке, кто точно знает, куда и зачем уезжают Висмут и Ривелли. Может, она боится того, что последует, когда Стена падет, и поэтому хочет научиться держать в руках оружие? Между Сильванией и Норт-Аренией нет даже перемирия. Много лет лишь Стена сдерживает два государства от начала масштабных боевых действий.

Король Сильвании отгородился от своих врагов, и всех это устраивало. До того момента, пока мир не стал разрушаться.

Что будет, когда Стена падет?

Что если Рик Сэл Ли захочет настоящей войны? Что если он захочет объединить Сильванию и Норт-Арению под своей властью? 

Война.

Висмут не хотел войны. 

Но Стена должна быть уничтожена.

- Если Лика поранится, я все равно спрошу с вас, - пробормотал принц. Еще раз кинув взгляд в сторону подруги, он развернулся и покинул тренировочный зал.

Если он будет видеть Лику, то вряд ли сможет потренироваться сам. Возможно, стоило остаться и понаблюдать за ней, поддержать… но подруга ясно дала понять, что не хочет его видеть. Что бы ни пришло в ее дурную голову, она с этим справится. Принц был в этом уверен.

А вот с тем, что пришло в голову самому принцу, бороться не было сил. Только сейчас Висмут осознал, насколько трудным было решение для отца разрушить эту демонову Стену.

Во имя спасения мира Ксандр открывал врата для новой войны. Ведь отец должен понимать, что если война все-таки начнется, победителем из нее может выйти и не Норт-Арения. 

Отец сознательно жертвовал хрупким спокойствием ради сохранения мироздания в целом. Он понимал, что в будущем могут погибнуть тысячи. Он понимал, что может пролиться кровь невинных.