Ты нас вспомнишь

Этот факт саму Лину поражал сильнее всего – когда оставалось время остановиться и задуматься о чем-нибудь, кроме работы, курсов и спортзала.

Не успела Лина очухаться после собеседования, как началась стажировка. Оказалось, что новый помощник нужен срочно, вот прямо сейчас, так что пришлось положенные КЗОТ-ом недели отработки перед увольнением взять неотгулянным отпуском (повезло, накопилось ровно четырнадцать дней) и с головой окунуться в новый, непривычный и неизведанный мир. 

Две недели стажировки прошли быстро и незаметно.

В результате Лина осталась искренне убеждена, что Марина, прежний секретарь Вадима Николаевича, обладала несомненным организаторским и педагогическим талантом, раз сумела за столь короткий срок впихнуть в голову преемницы огромный пласт разнообразных сведений, без которых ну никак нельзя нормально работать. Не просто впихнуть пушистым спутанным клубком, из которого во все стороны торчат разноцветные обрывки нитей, и непонятно, за какую дергать для получения нужного результата, а разложить все четко и ясно по отдельным полочкам – подписанными аккуратным почерком и пронумерованными циферками. Образно выражаясь, конечно.

Даже если Лина и не знала, как же выполнить поручение, в голове тут же всплывали полочки, определялась необходимая, и далее без труда находились требуемые папки (уже не в голове, а в шкафу), или становилось понятно, куда идти и к кому обращаться. Когда Лина попыталась выразить свое восхищение Марине, та, будучи изрядной хохотушкой, смешливо наморщила нос и, тряхнув туго завитыми кудряшками, пояснила, что никакой магии или особого таланта не требуется – необходимо лишь применять научные подходы для улучшения памяти.

В частности, ассоциативный метод. Так что тут скорее Лине повезло, что для нее эта методика оказалась подходящей. 

Через две недели Марина помахала ручкой и отправилась в свадебное путешествие, оставив преемницу наедине с новой работой, новым начальником и страхами, у которых, как известно, глаза велики.

А если их подкармливать, чем Лина занималась регулярно, то и еще больше.

За следующие две недели Лина слегка попривыкла, осознала, что все не так страшно, что от ее ошибок никто не умрет и ничего не порушится, и немного успокоилась. Однако Вадим Николаевич продолжал наводить на нее все тот же стылый ужас, с которым Лина впервые столкнулась на собеседовании, и девушка никак не могла избавиться от ощущения ученицы перед строгим директором.