Ты нас вспомнишь

– Разве можно увидеть себя и не выяснить, что же происходит?

– Вот именно, – поддакнула Машка. – Это ты правильно сказала. Нужно выяснить, что происходит. Переться в одиночку неизвестно за кем – не самый лучший способ выяснить это, не находишь?

Лина подавленно молчала. Как ни крути, подруга со своим скепсисом и практичным подходом к жизни была кругом права. И одновременно – совершенно не права, но Лина не могла толком объяснить, почему. Да и как объяснишь, если даже самой себе не в силах разложить по полочкам внутреннюю убежденность в правильности и уместности своих действий? Непонятно.

– Ладно, ты права, – сдалась Лина, так и не придумав, что же ответить. 

– Ты в следующий раз просто вспомни, что я тебе сказала, – смягчилась Машильда. – Давай дальше.

– Дальше… – девушка постаралась собрать в кучку все воспоминания и мозги и выцепить из них нужное. – Я за ней побежала…

Лина судорожно вздохнула. Ромашка героически держала язык за зубами, несмотря на то, что на языке так и вертелся вопрос – как отреагировал странный кавалер на побег из-за стола своей барышни, да еще после невнятных заявлений? Пытался ли остановить или сказать хоть что-то? Но итак было уже очевидно, что полностью сосредоточенная на своем видении Лютик отрезала все прочие «мешающие» восприятию факторы.

Лина тем временем продолжала рассказывать, оперируя не фактами, а своими чувствами и ощущениями, заставляя подругу в очередной раз мысленно делать фейспалм от одной мысли – ну как так можно-то?

 – …и вот тогда и появилась она… – Лина замолкла и уставилась на жалкие остатки вина.

– Ну? Кто? – поторопила ее Машильда. – Кто именно?

– Та барыня, со стены, – выдохнула Лина, сама чувствуя, как дико и по-идиотски звучит ее рассказ. – В моей одежде. То есть, в одежде моего отражения. Такая… – девушка прикусила губу, пытаясь подобрать определение. 

– …страшная. Лицо белое, как маска, помада красная, смазалась, как бывает, когда рукавом вытрешь нечаянно, глаза ненавистью горят.

Лина совсем сникла и с надеждой воззрилась на подругу – может быть, она что-то умное или еще какое скажет, что прогонит ужас, продолжающий стоять перед глазами? Но теперь пришел черед Машки помолчать под философское потребление вина.