Герцогиня

А выглядеть все будет… как внезапная вспышка оспы, затронувшая одну комнату в замке.

- Он не откажется заряжать абракс, - по лицу Варда скользнуло выражение отвращения, - Собрание Двенадцати умеют… о, прекрасно умеют работать с людьми. 

Максимус тоже поднялся, прошелся по столовой. Что и говорить, предложение Варда… было интересным. И вместе с тем казалось… зыбким, что ли…

Он подошел к окну и задумался. Вот он находит девчонку, Анджелину-Марию, отвозит ее Варду. Отлично. Ведь именно для этого он ее сюда притащил, все сходится! И Габриэль Вард так удачно подвернулся, не нужно самому искать людей, которые пойдут за ней.

Она начинает заряжать абракс для Эттарских земель, об этом узнает Вилмер. Одновременно Вилмер узнает, что его послушная собачка на сей раз не выполнила приказ. Да еще и протащила девчонку в эту Сферу. И примерно в это же время Вилмер получает весточку о том, что в случае гибели Максимуса Обри Тал или Анджелины-Марии Линтон живейшее описание его деяний ляжет на стол Собранию Двенадцати в Мелебре. Выглядело все это… неплохо. С другой стороны…

- А почему бы просто не отправить жалобы на Вилмера, независимо от существования второго сильного Источника? – спросил Максимус, - пусть его возьмут под арест, пусть заставляют заряжать абракс… Ну, если – как вы говорите – это им под силу.

Старик тонко улыбнулся. Он, конечно же, ждал этого вопроса.

- Потому что это коснется вас, прежде всего, мистер Тал. Как только Собрание ознакомится с содержимым конверта, они, конечно же, займутся Вилмером… Но заодно и вами.

Поскольку вы, по сути своей, есть создание ангелопротивное. А закон Собрания един для всех.

- А если я буду мертв, то мне уже будет все равно, а герцогу – нет, - закончил Максимус, - очень мило. Я все время забываю, что мне следует сторониться святош, обходить их десятой дорогой. Но если он убьет Анджелину-Марию, тогда придется погибнуть и мне?

- Увы, - Вард нахохлился, - это так. Но план скорее всего сработает. Соглашайтесь, мистер Тал. Вилмер слишком любит себя, свою власть и свою свободу.

 

- И вы даже не подумали о том, как я буду хозяину в глаза смотреть, - усмехнулся Максимус.

- А как вы сейчас ему в глаза смотрите? Каждый раз, как он прикасается к вам? О, вижу, вас передернуло… Это говорит, несомненно, о любви и преданности…

Максимус невольно обхватил себя руками за плечи. Проклятая память снова и снова подсовывала воспоминания, которые уже пора бы захоронить и никогда к ним не возвращаться.