Хранительница реки

Один день сменял другой, осень уступала место зиме, и Нейнэ просыпалась всё реже и периоды её бодрствования становились всё короче. Она и днём спала так беспробудно, что муж с дочерью нисколько не приглушали свои голоса и занимались чем им было угодно, не боясь разбудить её.

Однажды в морозный зимний день, когда с самого утра всё погрузилось в непроглядный туман и земля так и не увидела солнца, Киккава, который и сам сейчас любил поваляться в уютной постели, вдруг насторожился. Что-то было не так. Он прислушался.

Все привычные звуки были на месте: шепот ветра, шелест пожухшей травы и листьев, скрип какой-то ветки, нерешительные голоса птиц снаружи. Однако чего-то не хватало.

Оборотень метнулся к Нейнэ. Вот, что было не так: он не слышал её дыхания. Его жена лежала на постели, укрытая двумя одеялами, и под ними угадывалось её тонкое, хрупкое тело. Киккава дотронулся до неё, начал трясти, сначала осторожно, потом всё сильнее и сильнее.

Женщина вздохнула и приоткрыла глаза. Её взгляд был пустым и она, казалось, совершенно не понимает ни где она находится, ни кто рядом с ней.

Прошла по меньшей мере минута, прежде чем взор обрёл осмысленность и она узнала мужа. Тогда она слабо улыбнулась.

- Как ты меня напугала! - воскликнул он. - Ты так крепко уснула, что мне показалось, будто ты не дышишь.

- Глупый, - прошептала она, - видишь ведь, я живая, просто заспалась. Сейчас я поднимусь, поиграю с вами.

Нейнэ попыталась приподняться на локтях, но тут же без сил откинулась обратно. Она виновато улыбнулась.

- Совсем нет сил у меня, любимый. Совсем нет сил.

- Тебе надо поесть, - сказал Киккава и мысли его закружились в диком хороводе. Он встал и пошёл собрать ей что-нибудь на перекус.

Вернулся оборотень с маленьким столиком, уставленным разными блюдами с маринованными овощами, рисом, яблоками и сушёными фруктами. Он помог жене сесть, и поставил столик так, чтобы ей легко было взять с него, что она пожелает.

Нейнэ, всё так же виновато улыбаясь, взяла от каждого блюда по чуть-чуть.

Впрочем, это были столь крохотные порции, что на вид еда казалась нетронутой. Киккава видя все это покачал головой:

- Почему ты не ешь? Человек должен есть!

- Я не хочу, - кротко отвечала Нейнэ. - Не могу же я заставлять себя.

- От голода можно умереть!

- Я не голодна и не умираю.

- Ты больна?

- Нет, я здорова. Просто нет сил и хочется спать.

- Нейнэ, ты не дышала, пока я не начал тебя трясти, ты не дышала и не открывала глаза. Мне показалось, что ты умерла.