Девушка и звездолёт

– В вашей речи есть свойственная иностранцам неправильность, но поскольку для японцев всякий, кто не японец, остаётся чужаком, большой беды в этом нет. Кстати, сам я в Японии бываю лишь изредка, наездами...

– Вы бизнесмен? – вежливо поинтересовалась красивая дама.

– Немного, – согласился Вадим. – А ещё я немного путешественник. Недавно вернулся из Японии, а в самом скором времени мне предстоит ещё одно путешествие. Вот я и решил, пока есть возможность, немного прогуляться по родному городу...

«А заодно кое с кем встретиться, – добавил он про себя.

– Но об этом ещё кое-кому не следует знать. Как и о том, что сегодня вечером я отбываю в Санкт-Петербург».

В дороге легко знакомятся, а потому очень скоро Вадим знал об этой семье всё. Знал, что высокого курносого старика зовут Глеб Георгиевич, что несмотря на свои семьдесят лет, он ведущий инженер в одном из московских НИИ. Знал, что красивую даму зовут Нелли Глебовна, и что старику она приходится младшей дочерью. В Японию он ездил к живущему и работающему там зятю, мужу другой дочери, историку, специалисту по древней металлургии.

А смуглую девушку, старшую внучку Нину, студентку института иностранных языков, брал с собой в качестве переводчицы.

Выяснилось, что из токийского «Нарита» они летели одним рейсом – только Вадим наверху, а Глеб Георгиевич с внучкой – эконом-классом. Девочка с игрушечной пандой приходилась Глебу Георгиевичу самой младшей внучкой Машей.

– И не говорите, Вадим, озорница страшная, – жаловалась Нелли Глебовна, выслушав перевод.

– Разве что по деревьям не лазает. В подполе под домом как-то спряталась. Мы с Борисом, это ещё один наш зять, и с бабой Анютой, эта наша тётя, уж искали её, уж искали... А это она, оказывается, в прятки играла. А уж когда она кошку в постель затащила...

– Как вам понравилась Япония, Глеб Георгиевич? – спросил Вадим.

По опыту он знал, что человек, впервые оказавшийся в стране Восходящего Солнца, не устаёт ахать и восхищаться. Марико Ионесян, второй вице-президент Компании и вовсе считала, что японцы давно уже живут не в XXI, а в XXXI веке.

Добавить к этому, что зять Глеба Георгиевича работал не где-нибудь, а в Камакура, старой японской столице, в шестидесяти километрах от нынешнего Токио...

– Плохо! – неожиданно резко ответил Глеб Георгиевич. – Вы представить себе не можете, молодой человек, насколько всё плохо.

Вадим удивился. Бывало, его знакомые поругивали японцев за волокиту и страсть к мелочному этикету с церемониями.