Девушка и звездолёт

Та висела в воздухе без всякой опоры, примерно на полпути между креслом и большим экраном.

Несколько минут ошарашенная, потрясенная Марина смотрела то на туфельку, то на экран с изображением звёздного неба. Планета внизу медленно двигалась. Отпрянув, девушка вжалась в кресло, изо всех сил вцепившись в подлокотники.

– Нет! – закричала она. – Пожалуйста, выпустите меня. Я не хочу...

_______________________

Commandantvaalleraucielavecsaprincesse! – командир отправляется на небеса со своей принцессой (фр.)

Спустя тридцать минут после команды «ключ на старт», Жолниров

«А сердчишко-то колотится! Совсем как у напроказившего мальчишки, честное слово.

Словно в детстве, когда тайком от матери лазил в чулан за вареньем, или на спор с пацанами заезжал в депо в пустом вагоне метро...».

Арсений Олегович Жолниров осторожно пошарил под пультом – где накануне полоской скотча была приклеена пластинка с таблетками валерьянки. Несмотря на то, что весила она всего ничего – граммульки, Арсений Олегович всерьёз опасался, что контрабандный груз оторвётся во время подъёма, отправившись в неуправляемый полёт по всему помещению центрального поста.

Но, вопреки всем опасениям, маленькая хрусткая пластинка «кошачьей радости» оказалась на месте. Проглотив сразу две таблетки – валерьянка сработала, как плацебо, президент Аресийской Советской Республики открыл глаза.

Внизу, освещённый призрачным лунным светом, медленно проплывал океан, пятьсот лет назад несправедливо названный Тихим. Несколько подсвеченных пятнышек впереди справа могли быть только Гавайскими островами, едва различимая полоса у горизонта слева выдавала расположение западного побережья Соединённых Штатов.

Сан-Франциско, Лос-Анжелес, Санта-Барбара с бесчисленными арками, резиденциями миллионеров и собственным центром космических исследований. Арсений Олегович представил, как внизу звонят телефоны, раскаляются линии связи, а телевидение пугает полуночников, прерывая передачи ради экстренного выпуска новостей.

Над головой раскинулось звёздное небо – не три тысячи жалких огоньков, едва заметных сквозь атмосферу, а миллионы и миллиарды белых, голубых и красных звёзд. Казалось, кто-то усыпал небосвод тончайшей цветной пудрой. Высоко висевшая Луна находилась во второй четверти, а из-за непривычно близкого горизонта, преломляясь в атмосфере, пробивались солнечные лучи.

Нарушая все законы астрономии, над самыми облаками плыли две звезды, непривычно яркие и большие.