Финория. Взгляд дракона

А если этой дамой являлась сама принцесса, то требовалось как следует потрудиться над своей внешностью. Из всех постоялых дворов он выбрал лучший, клятвенно пообещав хозяину заплатить завтра в полдень. Караванщикам доверяли, и он получил жильё, вкусный обед, горячую ванну и новую одежду. То, что он именно караванщик, а не бродяга с окраин, сомнений не вызывало — кто ещё мог заявиться из туннеля со стадом вабранов? На дипломатического посланца он тоже не походил, так что хозяин не задавал вопросов и предоставил гостю роскошную комнату.

В распоряжении Наи были ровно сутки.

Он смертельно устал, но запретил себе расслабляться. Первым делом занял у хозяйского слуги несколько медяков и отправил в королевский дворец курьера с письмом, где рассыпался в дифирамбах красоте принцессы (которую никогда в жизни не видел) и просил аудиенции, чтобы предложить прекрасной Финоре уникальный товар, привезённый специально для неё через всю Иэну. Что будет продавать, он ещё не придумал, но мозг его уже вовсю работал над этим вопросом.

Потом Наи смыл с себя многодневную грязь, сбрил бороду и хотел уже кликнуть слугу, чтобы тот выбросил его старые вещи, как вдруг решил проверить карманы — чисто по привычке. Обнаружил там горсть песка, мятый платок… и то самое зёрнышко, подобранное в Межгорье.

План созрел мгновенно. На ум пришла старая сказка, услышанная им когда-то на привале, и оставалось лишь привести зерно в товарный вид. Наи отмыл его и насухо вытер. В шкафчике среди мыла и мочалок нашёлся флакон хвойного масла, и Наи до блеска натёр зерно.

Не хватало лишь красивой упаковки. «Куплю по дороге», — решил Наи.

В тот день Десятеро благоволили к нему: в общем зале дворца на прилавке коробейника ему попалось то что нужно. Положив зерно в миниатюрную лакированную шкатулку, Наи прошёл в коридор для ожидающих. Через час его вызвали.

Разговор с Финорой выжал его досуха. Принцесса действительно была миленькая — менестрели не врали, и в другое время он с удовольствием бы с ней пофлиртовал, но сейчас решалась его судьба.

Вдобавок эта красотка велела приковать его к креслу — его, Наи! Караванщика с горячей южной кровью! Он чуть не кинулся в драку с её охранниками, но слишком многое стояло на кону, и он спрятал свою гордость туда же, где хранил зерно — в карман.

Ему стоило нечеловеческих усилий казаться бодрым и жизнерадостным, но он умел владеть собой. Он пустил в ход все свои чары — и не прогадал.