Моё имя

Пожалуй, если бы не одно существенное но, я бы даже посочувствовала этой бедной и наивной девушке, попавшей под власть столь жестокого и бессердечного существа, как Пандора. Ведь у той не было не только нравственности или чести, но и даже маленькой толики благодарности к тем, кто волей судьбы оказался на её стороне. Думаю, Пандора смотрит на всех либо как на муравьёв (это я о себе), недостойных её внимания, либо как на марионеток (это я об Аки), которых она может использовать в своих целях. Ни больше, ни меньше.

Но вышеупомянутое но было слишком большим, для того чтобы я позволила себе закрыть на него глаза. Аки — вовсе не девушка. Она эксиль. А к эксилям у меня нет жалости.

Протопав босиком к двери, само собой в спешке оставленной Аки незакрытой, я осторожно выглянула в коридор. Тишина и спокойствие. Никого. Из комнаты Вика не доносилось никаких звуков, так что, скорее всего и к моему величайшему облегчению, он ещё не вернулся (Вик ничего о моих истинных целях не знает, и я не могу позволить ему что бы то ни было заподозрить).

Аки же не было у себя в комнате по вполне понятным причинам. Осмотревшись напоследок ещё разок, я вернулась в свою комнату и плотно закрыла за собой дверь.

Поскольку мои ночные приключения не исправили замок по велению волшебной палочки, я на всякий случай пододвинула небольшой туалетный столик к двери, тем самым перекрыв вход-выход. Не думаю, что подобное ограждение смогло бы остановить настоящего убийцу, но, по крайней мере, меня не застанут врасплох.

После этого я вновь вернулась к началу и легла на кровать, отлично понимая, что заснуть сегодня мне уже не удастся. Внутри кипел целый ураган эмоций, готовый вот-вот прорваться наружу. И, думаю, вы весьма удивитесь, узнав, что больше всего в нём было вовсе не страха. Во мне бушевала лишь злость да ненависть. Ненавидела я, само собой, Пандору. И чем только думает эта одноклеточная? Она ведь не только мне, но и себе суёт палки в колёса. Настоящее чудо, если после произошедшего сегодня мы обе сможем выйти сухими из этого болота.

А вот злилась я в тот момент, как ни странно, вовсе не на королеву. И даже не на Аки. Я злилась на себя. За то, что не могу прямо сейчас отплатить Пандоре стократ. А как же мне этого хотелось! С того самого момента не было никого, кто, перейдя мне дорогу, оставался безнаказанным. И впредь тоже не будет. Это мой собственный закон джунглей, мой собственный закон выживания.

Ну ничего. Надо только потерпеть.