Принять свою судьбу

— Ты знаешь, что он — мой отец? — спросил Эльстед с непонятным видом.

— Да, он всё мне рассказал...

— И... что ты об этом думаешь?

— У меня голова кругом идёт!

— У меня тоже. Сколько всего случилось за эти несколько дней!

— Да... Знаешь, ты очень-очень смелый мальчик.

— Не жалеешь о том, что было? — Эльстед смотрел на королеву грустно и серьёзно, как будто не слышал её последних слов.

В сумеречной тиши, залитой голубоватым искусственным светом, вопрос прозвучал неожиданно резко и — повис без ответа: Гемма нежно обняла принца и расцеловала его.

Он принимал её ласки, закрыв глаза, только ресницы вздрагивали...

Внезапно королева ощутила на его неподвижном лице подозрительные солёные капли. Она принялась было легонько стирать их пальцами, но слёзы всё текли...

— Да что с тобой? — шепнула Гемма, беспредельно тронутая.

— Неужели ты меня любишь? — голос Эльстеда срывался. — Почему я никак не могу поверить в это?!.

— Очень... очень... ну-ну... не надо так... — Гемма осторожно прилегла рядом — Эльстед развернулся к ней и прильнул всем телом.

Королева решительно взяла его мокрое лицо в ладони и посмотрела в несчастные заплаканные глаза очень спокойно и твёрдо.

Даже такой — слабый, измученный, жалкий, растерявший остатки всей былой привлекательности, Эльстед был ей дороже всего на свете.

Гемма поразилась своим чувствам к этому юноше — она, безусловно, знала, что способна, не колеблясь, умереть за него!

Словно прочитав эти мысли, Эльстед спрятал лицо у неё на груди и успокоено вздохнул.

Королева ласково гладила его по голове, расправляя кончиками пальцев спутанные пряди волос, а он прижимался к ней, как к последнему и единственному надёжному прибежищу на этой жестокой земле, полной такого безмерного страдания.

Глава 15. Отец и сын

— Как ты себя чувствуешь, милый? — ласково спросил король, входя к Эльстеду, одновременно — нетерпеливым жестом отсылая прочь горничную, заканчивающую уборку помещения.

Эльстед устремил на Тайрона взгляд ярко-синих глаз:

— Хорошо.

— Врачебный консилиум также сошёлся во мнениях по этому вопросу — на днях тебе можно будет вставать.

Эльстед потупился — в своей способности держаться на ногах он убедился ещё несколько дней назад, и с тех пор, конечно, не отказывал себе в этом удовольствии, едва оставался один.

Король очень внимательно взглянул на сына — от него не ускользнуло лёгкое замешательство, отразившееся на открытом лице Эльстеда.