Жена дроу. Кн. 2

Каждые три года он устраивает при своем дворе состязания певцов, щедро награждая самого достойного из них.

- Давно вы встречали этого мага?

- Не думаю, чтобы он отдал свою душу Вседержителю, после того как я видел его в последний раз, - рассмеялся Джеромо и задумался. - Кажется, это было на день святых Липина и Костелло. Да, да. Я это очень хорошо помню, потому что пел тогда на площади, у ратуши Иссельрина всю ночь. Что вам, милочка?

- Ах, господин Джеромо - раздался рядом нежный, чуть капризный девичий голосок.

- Когда же вы начнете петь нам ваши песенки? Мы никак не дождемся. Вон и Боб уже выдохся дуть в свою волынку.

Возле них остановились две девушки. В их косы были искусно вплетены цветы. Говорила та, что побойчей, с белокурыми волосами, голубыми глазами и пухлыми губками, круглая и аппетитная пышечка с бойким язычком. По-видимому, ей прощалось все, что бы она ни сказала, а поболтать она явно любила. Вторая девушка держалась чуть позади, смущенно теребя свою косу.

Она была выше своей подружки и явно уступала ей в темпераменте, но по ее мимолетному напряженному взгляду на менестреля, было заметно, насколько глубоки ее чувства. Ника украдкой глянула на Джеромо: догадывается ли он, что стал предметом обожания и грезой первой девичьей любви? Или это ему не интересно?

- Я непременно спою для вас, милочка. Однако, вы же понимаете, что я не могу быть настолько грубым, что бы оставить без внимания госпожу, что развлекала вас до меня, что было бы неучтиво с моей стороны.

- Ну, что вы, господин Джеромо, я не посмею лишать вас вашего заработка, а добрых людей удовольствия слушать вас. К тому же, я тоже была бы не прочь услышать пение самого Джеромо Прекрасноголосого, - тут же проговорила Ника, уже порядком уставшая от этого жучары.

- Ваше желание будет выполнено сей же час, - пылко пообещал менестрель и поднялся, подхватив свою лютню.

Выйдя на середину полянки, на которой отплясывали, смеясь и толкаясь и стар и млад, он принял эффектную позу и, пробежав пальцами по струнам, начал петь задорную озорную балладу, чистым бархатистым голосом.

Ника с нахлынувшей на нее острой тоской, подумалось, что для их студенческой поп-группы Джеромо был бы сущей находкой, хотя для студента он был староват. Среди танцующих, она замтила рыжеволосую головку Ивэ и белоснежную гриву Доргана.