В лесу нельзя хромать. Кромешная тьма

- А как ещё одиночки должны приходить? С неба, как птицы?

- Я бы с удовольствием увидел тебя под землей.

Об окончании переговоров сказали клацнувшие у шеи клыки. На шум драки примчались волки, давно ищущие своего лидера. Увидев, что происходит, они тут же окружили Скалеса и, громко лая, порывались напасть.

- Прочь! Он мой, - зарычал альфа. - Не мешайте, докажите свою преданность!

Волки покорно отошли, не желая из-за какого-то одиночки расставаться с благосклонностью будущего вожака. Скалес видел их оскалы из-под пропитанной кровью шерсти – противник чуть не лишил его глаза.

Сердце бешено колотилось, не давая сосредоточиться на бое. Он допускал ошибки одну за другой, а враг и не думал останавливаться, нанося удар один за другим.

Вирен был в ярости. У него не выходило из головы, что единственный, кого он не смог поймать, был обидчик сестры, альфа, безнаказанно ходивший по его земле. Одиночка, который скрылся, благодаря внезапной помощи. Родственные чувства, задетое достоинство и ревность вырвались в яростном желании убить.

Скалес упал в снег, сбитый мощными лапами. Шея открылась, подставляясь удару клыков.

- Стой! – перед Виреном возник размытый образ. – Остановись, хватит!

В первый миг волк хотел уничтожить помеху, но в следующий затуманенный ненавистью взгляд прояснился, и он увидел Сото.

- Не делай этого, Вирен. Ты совершаешь ошибку.

Знакомый запах омеги успокаивал альфу. Несколько вздохов охладили кровь. Вирен резко посмотрел на воинов, и те растерянно спрятали глаза.

Серые никогда не видели своего лидера в таком состоянии, и поэтому никто из них не решился остановить его, хоть и понимали, что ситуация давно вышла из-под контроля. Их поджатые хвосты и опущенный взгляд принес альфе странное удовольствие. Вирен и не подозревал о такой части себя. Но, кажется, Сото она не пугала.

- Хватит на меня так смотреть, - произнес он раздраженно. – Я спокоен.

- Я поверю в это, когда твоя шерсть уляжется, - непримиримо произнес Сото.

- Вздумал учить меня манерам?

Вирен чувствовал, как подводит самоконтроль.

Он не должен так говорить со своим другом, но горячая кровь была сильнее холодного рассудка.

Над головой раздалось гневное карканье и хлопанье крыльев. Ворон приземлился около лежащего в снегу Скалеса и угрожающе закряхтел, загораживая его крыльями.

- Скворуш, - узнал его Вирен.

Ворон тоже узнал его, и, распушенный, поскакал на него, громко каркая.

- Тихо, тихо, - волк попятился от такого грозного напора.