Когти Соловья

В таком состоянии нужно лежать, а не трястись в седле.

«Ещё один день, — решил Соловей, — ещё день, и уходим, дальше ждать нельзя».

Тиана весь день, весь этот длинный, жаркий, суматошный день не могла выкинуть из головы пленного талласца. Сперва она испугалась. Первая мысль была, что за одним рыцарем явится целый отряд, её «спасут», вернут во дворец. А там… Там не будет ничего хорошего.

Потом своей вспышкой испугал Соловей, от него она не ждала жестокости. И полное равнодушие Рысей к судьбе пленника неприятно удивило.

А сам пленник стал казаться знакомым.

Конечно же, она видела его при дворе. Не могла не видеть. Ведь обязанность принцессы посвящать в рыцари юных отпрысков благородных семей. Правда, она никогда не вникала, кого и за какие заслуги посвящает. Всё это решалось без неё. Она просто вручала белый пояс, касалась драгоценным тонким мечом плеча кандидата и произносила давно зазубренные и ничего для неё не значащие ритуальные слова.

А сейчас она вспоминала лицо пленника и пыталась вспомнить его имя.

Не получалось. Но один из безликой толпы придворных аристократов внезапно обрёл человеческие черты — растрёпанные светлые волосы, отчаянные глаза, синяк на скуле и разбитые губы.

Рин простоял у столба два дня, и вон что с ним стало. Рину она ничем помочь не может. Не могла спасти тогда, принцессе в голову никогда не пришла бы идея заботиться о приговорённом преступнике, не может помочь теперь — от смуглой злой Зорки куда больше пользы. А может ли она чем-то помочь пленнику? Тиана не была в этом уверена, но хоть попытаться стоило.

Следить за ней никто не думал, все были заняты своими делами, но всё же, пробираясь в сумерках на берег озера, Тиана отчаянно боялась, что её заметят.

Рин в столице почти висел на вытянутых руках. С юным рыцарем разбойники обошлись мягче — просто примотали его стволу, но так качественно, что пленник стал напоминать перевязанную бечёвкой свиную колбасу. Услышав шаги, он вскинул голову, дёрнулся, увидал принцессу, попробовал что-то сказать, но закашлялся.

— Тихо. Вот, попей, — Тиана поднесла к его губам стащенную от костра чашку.

Пленник чуть ли не макнулся в неё лицом, половину разлил на себя, пока пил жадными глотками. Тиана зачерпнула ещё воды, терпеливо дождалась, пока пленник напьётся.

— Спасибо, — прошептал он.

И вдруг рванулся в путах, до крови сдирая кожу на не закрытых одеждой запястьях, зашептал отчаянно:

— Ваше высочество, не бойтесь. Я спасу вас. Я что-нибудь придумаю.

Спасатель нашёлся.