Когти Соловья

Что он тогда говорил? Почему она не помнит его слов? Вдруг он не умер, а тоже сбежал? Вот кого нужно искать! Но где? И как?

Вдруг накатила жалость к себе. Вон даже у безродного мальчишки есть такой человек, что рискует ради него, спасает. А о ней за шесть лет никто и вспомнил. Из придворных вообще никто не заметил, что с ней происходит, а если и заметил — что им до малолетней принцессы, когда вся власть у регента. Как его сиятельство лорд Севил скажет — так и будет. Его слово теперь — закон. А вдруг он сейчас спохватится, потрусит своих колдунов, и заклятье послушания снова заработает?

Тиана содрогнулась от ужаса и прислушалась к себе.

Нет, вроде всё в порядке — вышивать не тянет, старый регент красавцем не кажется, и даже на бал не хочется. Мысли ясные, и знакомый ветерок, который разбудил и вывел за ворота, на месте. Только теперь он ощущается иначе, больше не дует, а окружает со всех сторон, как свежий воздух после грозы, которым дыши, не надышишься.

И чувство такое, что пока этот странный ветер-не-ветер тут, никакая магия до неё не доберётся.

Стоп, а ведь неспящие-то просто так не могли заснуть. И фонари на площади горели масляные, она ни одного волшебного светильника по пути не встретила. Получается, вся магия разом перестала работать. А ведь она о таком слышала.

Она перевела взгляд на спину сидящего впереди кудрявого разбойника. Спина, как спина — обычная. И сам он целиком тоже каким-то особенным не кажется.

— Ты пожиратель магии? — спросила она у спины.

Соловей вздрогнул, замер на середине гребка, тут же взял себя в руки, аккуратно опустил вёсла, обернулся к принцессе.

— С чего ты взяла?

— Значит, угадала, — заключила Тиана.

— Лучше бы тебе держать такие догадки при себе, если хочешь благополучно добраться до берега.

— Хорошо, — легко согласилась Тиана, угроза на неё впечатления не произвела. Похоже, что чувство самосохранения отключилось вместе заклятьем послушания. Сейчас на неё накатил кураж, совсем как в детстве, когда она сбегала ночью поплавать или прыгала с крыши конюшни в кучу сена и чуть не напоролась на брошенные там вилы.

— Я никому не скажу, если возьмёшь меня с собой.

— Чего?! — Соловей аж поперхнулся. — Куда с собой?

— Домой.

— Тааак… Кто тебе сказал, что у меня вообще есть дом?

— Ну, где-то же ты живёшь.

— В лесу живу, на полянке.

— И меня возьми на полянку.

— Ну, ты даёшь, дева. Никакой бульдог с тобой не сравнится.