Идеальная невеста принца

- Первая, кто соблазнит девственника-принца - получит пятьдесят золотых, а кто его слугу - тридцать? И это было только изначальная ставка, которая сейчас у принца доросла до ста, а у его слуги до шестидесяти!

На сто золотых мень можно было приобрести породистую, ездовую кобылу с удобным седлом и мешком овса. Или пошить три-четыре платья, не роскошных, но вполне красивых, да и если знать места продажи хорошей, но не дорогой ткани, сэкономить на украшения. А если сорвать банк за обоих, то приобрести двухнедельного шершина - это было лучшее время для возможности с ним подружиться.

Мне, как темной хозяйке, такие деньги были не такими уж и заманчивыми. Но для девушек борделя, отдававшие заработанные деньги хозяйке и получавшие с них около пятнадцати процентов, они были очень большими и очень заманчивыми. Так что их "бешенство" было вполне понятным.

- А кто начал спор? - хмуро спросил Котена, наконец-то, с помощью магии прибив дверь к косякам.

Я закатила глаза к потолку, видно, алирка вторила за мной, так как маг перевел на нее взгляд и грозно насупился.

- Действительно, кто? - подал недовольный голос принц.

- Как будто самому трудно догадаться, - хмыкнула хозяйка, кивком указав на кицунэ. - Твой слуга сразу понял.

- Котена - не слуга! - обиженно рявкнул Эйрос. - И я бы попросил впредь о нем так не отзываться.

- Нечего так возмущаться, - ответила демонша. - Надо было сразу уточнить, ведь как мне известно, у светлых каждый человек невысокого положения - слуга.

- Почему тогда если темный называет только свое имя, я не считаю его слугой? - сложив руки на груди, спросил принц. - Хотя у вас...

- Это моя ошибка! - резко оборвал начавшийся спор герой препирания. - Я не посчитал нужным, представиться своим полным титулом.

- Скорее, это моя ошибка. Прости, - сказала Мире'нэ, но в ее голосе не было и намека на раскаянье или совесть. - Ты, в отличие от принца, назвал лишь свое имя, вот я и подумала, что ты его слуга, раз ничего больше не указал.

- Мы, кажется, забыли, что уже ночь! - воскликнула я, только сейчас поняв, что стою голая, и у меня начинают замерзать ноги. - Или до утра будем обсуждать родословную Котены?!

Все тут же стушевались и смущенно переглянулись.

Я быстренько одела на себя стянутую Мотыльком одежду и, достав из сумки рубаху, кинула ее принцу. Эйрос рукой словил рубаху, с недовольством осмотрел, и все же, со вздохом мученика, натянул.