Отдай туфлю, Золушка!

– Это как? Разве это законно?

Она рассмеялась густым, волнующим смехом. Наверное, он сводил мужчин с ума, не знаю.

– Так король и есть закон. Кто оспорит его решения?

– Крипово как-то…

Мальчик оказался не таким, каким хотелось королю. Слишком плаксивым. Сначала Андриан решил, что на него дурно влияет мать, и велел бросить любовницу в темницу. Но Марион не вразумился и продолжил плакать и капризничать.

– А сколько ему было лет тогда?

– Ну… от груди уже отняли… Вроде даже уже ходил. Плохо правда, потому что Адриан решил научить сына быстро бегать, раз тот не умеет ходить…

А с этой целью натравил на него собак… Логично.

Собаки принца не тронули.

– Жесть, – выдохнула я. – Конечно, тут кукухой поедешь…

Затем родился второй сын от жены (то есть третий, если в общем счёте), и королю Марион наскучил. И Андриан отдал нытика на воспитание одной из любовниц.

– Не матери?

– Так та ж умерла уже.

– Ясно.

От вина гудело в голове. Я закрыла лицо ладонями и молча слушала весёленький средневековый рассказ. Вспомнил король о сыне-бастарде, когда тому исполнилось лет девять.

Потому что наследник был тяжело ранен, и Адриан побоялся, что Родопсия останется без короля. И твёрдо принялся за воспитание узаконенного отпрыска…

Под воспитанием, конечно, подразумевалась муштра. Охота. Война. Фехтование. И снова муштра…

– То есть, Марион ещё норм? – нервно хихикнула я. – Ну, относительно воспитателей…

В первый раз из дома принц сбежал лет в семнадцать. И махнул в соседнюю Эрталию.

– Почему туда?

– А у него там друг.

Тоже принц-шалопай, Бертран.

– Ясно. Ну, с другом веселей дорога, конечно. А потом?

– Потом принц Бертран куда-то исчез, король Анри погиб, и королевой стала Белоснежка. Ну и Марион вернулся домой.

– И как отец воспринял возвращение блудного сына?

– В темницу бросил, конечно. Но потом, понимаешь, война… А Марион, хоть и бездельник легкомысленный, но на войне умудрился хорошо себя проявить.

– Ясно, – тяжело прошептала я, уронила голову на руки и уснула.

И всю ночь (а вернее до полудня) мне снился большой рыжий кот, который тёрся об меня и мурлыкал, пружиня хвостом и словно пытаясь разбудить.

Бред какой-то.

Кара сдержала слово: когда я проснулась, мне вручили второй мальчишеский комплект одежды и две пары обуви. А ещё у неё дома оказался душ, что меня ужасно обрадовало. Это, конечно, был не тот душ, к которому я привыкла (или который я придумала), а просто бак с кранами. Слуги наполняли бак холодной водой, подогревали, и пожалуйста: мойся – не хочу.