Спящие земли

- А я помогу вам, тогда останется время на печенье, - я схватила первый попавшийся металлический горшок, ожидающий своей очереди быть скобленным, и присела к женщинам. Приходилось импровизировать.

Я изобразила наивно-удивленный взгляд польный энтузиазма. Отступать уже было некуда, а мое уже поведение выглядело, мягко говоря, странно.

Слуги настолько опешили, что не стали возражать когда я схватила щетку и принялась отмывать закопченный металл.

Некоторое время слышался только скрип щеток и пыхтение. Каждый в кухне осмысливал развернувшуюся сценку.

Кроме мальчика: он вернулся к своей булке, изредка бросая на меня любопытные взгляды. Ах, да. Одноногий хмурый мужчина тоже не обращал на меня внимания. Он достал из-за скамейки сапог и принялся отпарывать подошву.

Конечно, я не могла не использовать момент и не начать задавать осторожные вопросы:

- Почему вас в крепости так мало?

Женщины замялись. Только старшая из них – Фрида, решилась ответить на мой вопрос:

- Всё дело в проклятии. Странный вопрос, атри, люди бегут из этого места именно из-за той истории.

.. остались только самые преданные.

- Преданные кому?

- Высоким господам, разумеется.

Сколько бы я не задавала уточняющих вопросов, все они упирались в невидимую мне стену, которая словно была воздвигнута кем-то с целью сохранить разум людей. Ответы на следующие мои вопросы только подтвердили мои нелепые на первый взгляд предположения. Когда я спросила, ходят ли работники по выходным в город, работницы побросали посуду и округлили глаза.

Мне шепотом ответили, что в городе черный мор, и никто из работников давно уже не выходит за ворота крепости. Казалось, они верили, что само упоминание города может посеять болезнь и выкосить обитателей крепости. На мой логичный вопрос – откуда же берутся продукты, мне ответили, что сие дело управляющей, и они в те дела носа не кажут.

Мы закончили чистку посуды, которой оказалось немало. Я отметила, что труд на кухне без современных моющих средств становился в несколько раз тяжелее. Работа на старинной кухне вызывала невольное уважение.

Совместная работа несколько сблизила нас, поварихи смотрели на меня с одобрением. После того, как с тяжелой работой было покончено, женщины засуетились. Мне показалось, что они повеселели, в глазах появился задорный блеск. Когда я спросила снующих женщин, не слишком ли их утомляют лишние хлопоты, они ответили, что печенье – то баловство, а не работа.

Мальчика отзывающегося на имя Кнут, отправили в кладовую за мукой.