Тайные улицы, странные места

Все! Что, блядь, я сделал не так? А?

— Ты же врал мне! — Женя тоже подняла руку, смахнуть слезу, но та высохла сама, блеснув в уголке глаза.

— Ты не знала! Я точно знаю, ты не дотумкала ни разу. Так что случилось?

— Ты пнул щенка.

— Что? — Норис так удивился, что шагнул к ней, и сразу откачнулся, опаляемый жаром, идущим от массивной фигуры пса, — какого щенка? Чокнулась?

— Я шла, к нашему месту. Ты сказал, будешь ждать. Помнишь?

— Ещё бы. Ждал три часа. Идиот.

— Я увидела тебя, ты из магазина вышел.

— Тебе купил, между прочим!

— Там был щенок. В коробке картонной. Подбежал. Вилял хвостом. Ты его пнул и ушёл.

— Да? — Норис удивился, — не помню… — потом удивился сильнее, — ну и что? Попал под ногу просто. Бля. Так ты месяц нашей дружбы, поцелуйчики, ля-ля… ты это всё похерила, из-за какого-то блохастого щенка? Не убил же. Пихнул. Наверное.

— Тогда я поняла, что ты мне врёшь. Про себя. А так нельзя. У нас так нельзя. Мы слишком…

— Что слишком? Слишком для нас чистенькие, да? Типа такие боги! Типа супермены и вумены! Да иди ты.

Он выбросил руку в сторону сидящего пса. И отскочил, прикрываясь обеими руками, когда Чинук поднялся, выдёргивая себя из черного месива, которое шипело и покрывалось серой коркой, а та ломалась от ворочания огромных боков, роняющих такие же серые пластины. Чинук задышал, делая зной вокруг нестерпимым, и вдруг прыгнул, закрывая собой сумеречное небо с алым угольком ушедшего в степной горизонт солнечного диска.

Женьке показалось, над головой пронёсся авиалайнер. Пылающий. Он упал на колени, опуская голову и ожидая услышать взрывы, грохот и треск. Но вокруг сделалось совсем тихо. И темно. Раздался из темноты смех, за ним — радостное повизгивание.

— Иди сюда, Чинук. Соскучился, да? Ах ты, глупый ты, смешной пес. Ну, давай шею.

Женька осторожно встал, повернулся, прищуривая глаза. В остатках сумеречной зари увидел — вокруг Жени суетится средних размеров псище, машет косматым хвостом, прыгает, стараясь лизнуть в лицо.

Женька отступил. Но пес презрел его осторожность, кинулся в ноги, лизнул опущенную руку и прыгнул, стараясь достать до скулы жаркой пастью с мокрым языком. В смысле, обычной жаркой собачьей пастью, а не адским зноем недавнего чудовища с каменными зубами.