О чем поет вереск

А выкупом… – его рука, покинув ее бедро, скользнула к животу, с нажимом обрисовала круг, как нравилось его Этайн, – я займусь прямо здесь. Моя пленница не против?

– Если ты обещаешь, что мне понравится… – сумасшедше низким и тягучим голосом промурлыкала Этайн. И, зажмурившись, потянулась к нему заалевшими от поцелуев губами.

– Тихо-тихо, – волчьи зубы легко могли ранить. – Сейчас тебе лучше не шевелиться.

Странная игра заставляла ощутить себя не королем – волчонком, до которого снизошла в Лугнасад шальная королева.

Обжег кожу дыханием зверя, осторожно свел клыки на шее, провел ими до ушка и спустился обратно, прикусил нежную кожу – Этайн лишь выдохнула, ничуть его не опасаясь. Поддавалась ему, млела, таяла, дышала прерывисто.

Выпустив волчьи когти, Мидир прошелся по ягодице к крепкому бедру. Дождался сдавленного полувздоха-полустона и продолжил ласкать плечи губами и языком, понемногу сходя с ума от женского тепла, гордясь своей выдержкой. До падения в черную бездну, полную пламени, где ни-че-го, даже Этайн – лишь всепоглощающее обладание, было еще очень далеко.

– Сейчас мы… я точно упаду, – прошептала она счастливо.

– Упадем вместе?

Магическая защита пропала, и Мидир, продолжая удерживать Этайн, оттолкнулся свободной рукой от ствола, кидая себя вниз и влево от ветки. Насладился женским визгом… И остановил падение у самой земли.

– Теперь я в твоей власти, моя красавица, – прошептал он, лежа на спине, ощущая разом дурман летнего лета, горечь нагретой за день хвои, кислинку смятой травы и – сладкую истому его Вереска.

– И я отомщу! – уперлась Этайн в его грудь. Потом ухватила запястья, и он позволил завести руки назад. – Я получу свой выкуп сполна! Потому что это нечестно! Ты будешь кричать так, что сбегутся все белки этого леса!..

Настырные любопытные белки и правда прибежали.

– Это было… – Мидир повел головой в поисках подходящего слова. – Это было… М-м-м… долго.

– Долго и?..

– Долго и чудесно. Где этому научилась?

Этайн посерьезнела.

– У друидов. Но я раньше никогда не пробовала…

– Плотные балахоны не дали бы рассмотреть твои шрамы, – Мидир задумчиво сводил узнанное воедино. – Но друиды берегли тебя. Друиды учили тебя тонкостям любви…

– Не все друиды ходят в балахонах, – вздохнула Этайн, рассматривая травинки у его плеча.