О чем поет вереск

Может, признаться? Во всем и прямо сейчас – упасть, обнять колени чужой жены, женщины, которая стала его сердцем? Вымести разом всю горечь, всю боль, от которых грудь скоро разорвется? Снять заклятие, отпустить – и потерять навеки.

Внезапное желание волк отбросил с рыком. Ну нет! Еще немного, еще один день вместе – больше, чем вечность одному. Вон, вон все мысли! Не мешайте королю наслаждаться его краденой любовью!

– Скажи, Этайн.

– Надо спросить у моего мужа, – лукаво улыбнулась она. И тут же, словно ощутив его недовольство, поспешно добавила: – У тебя, конечно! Разве у меня может быть два мужа? Или два сердца?

– Скажи… сама, – выдавил Мидир.

Нечем дышать, словно рухнули на плечи все камни волчьего Дома. Пламя в глазах Этайн полыхнуло ярче.

– Если говорить о невозможном…

– Для меня нет ничего невозможного. Особенно если это касается тебя! Я выполню любую твою просьбу.

Горячее дыхание Этайн, и шепот на ухо – немыслимое, невероятное…

– Я знаю все твои стороны. Знаю – и люблю тебя.

Тебя всего… Меня не пугает твоя звериная сущность! Обернись передо мной волком. Покажись, какой ты.

– Никогда!

Он отстранился, но Этайн добавила твердо:

– Ты обещал! Ты дал слово! Ты маг, ты не можешь нарушить сказанное!

Маг не может солгать, но играть словами – легко. Вот только он слишком ясно и четко произнес свое пожелание.

Мидир накинул на свои покои завесу поплотнее обычной, от любопытных или тревожных глаз.

Они встали – лицом к лицу, глаза в глаза. Грудь коснулась ее груди, бедра – ее бедер.

Он притянул ее сильнее. Обнимая наперекрест, прижал крепче. Медленно, опустил руки ниже. Провел ладонями по упругой округлости ягодиц, сжал. Она застонала, привычно нежно.

– Ты не передумала?

– Нет, мое сердце, – отстраняясь, тихо ответила Этайн.

– Я положу меч в огонь, – он вынул клинок, опустил его в чашу жаровни, что стояла у постели, и продолжил скользить ладонями по ее телу. – Напугаю – дотронешься. Я, как ши, заживлю любую рану.

– Но тебе будет больнее, чем человеку!

Мидир зарычал.

– Хорошо, мое сердце! Я обещаю.

– Ты совершенно бесстрашна, Этайн. Твое желание очень опасно, этого не делал никто и никогда. Если ты испугаешься меня, и я – будучи волком, почую хоть каплю, хоть тень твоего страха – ты станешь добычей. Я порву тебя.

– Ты боишься за нас двоих, – ее руки скользнули по его телу. – Ты, бесстрашный Мидир!

– Я не боялся раньше, пока у меня не было тебя. Теперь я слаб, – вздыхает он.