О чем поет вереск

Легонько коснулся алых губ, тут же дрогнувших в ответ – и с трудом отстранился. Он, не особо любивший поцелуи, готов целовать ее вечность!

– Откуда печаль?

– Я…

Этайн спрятала руку за спину, но Мидир перехватил ее. Что ему нравится больше – касаться атласной кожи или видеть, как она отвечает на его поцелуи, – не разобрать… Ее пальцы чувствительны, и он нежит их приоткрытым ртом, а стоит провести языком меж ними – Этайн трепещет.

– Почему ты не поела, любовь моя? Я не дождался тебя утром в трапезной.

– Я виновата… Я не хотела огорчать… думала, может, найду…

Глаза ее подернулись поволокой желания, пока его руки лаская через одежду, блуждали по телу.

– Я жду ответа.

Он не отступит, и Этайн знает это. Шепчет прерывисто и виновато, показывая руку:

– Нет кольца. Я… потеряла подарок мужа!

– Твоей вины тут нет. Я сам снял его, пока ты спала…

…пока ты спала магическим сном, а я околдовывал тебя, лишая прошлого, забирая себе твою любовь к мужу. Кто знал, что я полюблю тебя тоже?

Говорить правду легко, даже если это полуправда.

– Правда? – доверчиво шепчет Этайн.

– Правда…

…правда в том, что какое бы кольцо я ни надевал тебе на палец, оно исчезает к утру. А вереск вянет.

– …в том, что мне оно не нравилось. Готовлю подарок под стать браслету.

Серебристая змейка с черным глазком надежно сдерживает морок волчьего короля. Этайн часто дотрагивается до нее… как прежде проводила пальцем по янтарному ожерелью земного мужа.

– А что бы ты хотела сама, моя зеленоглазая красавица? Ты ничего не просишь.

– Чтобы ты был счастлив, мое сердце!

Мидир взял ее лицо в свои ладони. Долго рассматривал, пока щеки Этайн не порозовели, а яркие алые губы не изогнулись полумесяцем:

– Мое сердце, что ты там высматриваешь?

– Ты обманула меня.

Брови Этайн изломились в удивлении. Ресницы взлетели испуганными птахами над распахнутыми глазами, и опустились. Эти вольные птицы не знают, что обитают в клетке, пусть и равной всему подземному миру.

– Твои глаза вовсе не зеленые!

Мягкая россыпь смеха в ответ – словно ласковый снег, что зимой падает с елей, окружающих Черный замок. Не жалит холодом – обдает привычным теплом. Нет, обжигает огнем!

– Неугасимое пламя, желтое у зрачка, – глухо сказал Мидир, проводит большими пальцами по щекам Этайн. – Искристая зелень и темный ободок по краю… Скажи, Этайн. Там прячутся твои желания?

Я виноват перед тобой – ты даже не знаешь, насколько.