О чем поет вереск

Не знаю, заметил ли ты в эти дни… Моя жена становится необходимой, как воздух!

Мидира окатило пониманием, словно ледяной водой: для Эохайда девять лет в Нижнем пролетели мгновенно. Человек знал и не знал.

– Отдай Этайн, пока не попал под её обаяние!

Мидиру хотелось уже прекратить рвущий душу разговор. Эохайд не замечал, насколько сильно ранил волчьего короля – не мечом, но словами – и безжалостно-простодушно продолжал:

– Твоя жизнь бесконечна, ты не я, и мучиться ты будешь тоже бесконечно! Эта мука не должна доставаться бессмертным! Отпусти моё солнце наверх! Она не отсюда! Её место там, где к её рукам льнут травы, звери, люди! Этайн – моя жена!

– Нет, моя! – сорвался Мидир.

– Моя! Законная! Жена! Даже Книга судеб это подтвердила!

– Даже так?! – ошеломленно ответил Эохайд.

Они снова обходили друг друга, примериваясь к новой атаке.

Происходящее вокруг стало окончательно ненужным и неинтересным, мир сузился до одного человека. Мидир встряхнулся, расправил плечи, взглянул Эохайду в глаза. Тот не дрогнул.

Смельчак, он не боялся волчьего короля, хотя всегда знал, насколько Мидир опасен.

– Без магии, – порядком озлившись, бросил волчий король. Что бы человек ни считал, честь для ши – не пустой звук.

Волчий оскал достиг цели как ни одно из слов. Мидир легко отбил первые выпады и отошел назад. Эохайд замер на миг, затем вновь пошел по кругу, словно впервые видя волчьего короля. Примерился для нового удара, атаковал с фланга. Гарды скрестились, лицо Эохайда оказалось напротив лица Мидира. Тот оттолкнул знакомый меч со злостью и пришедшей с ней силой.

Мерзкое темное колдовство за стенами Черного замка давило на плечи, лишало силы, притупляло волчьему королю разум.

О, вот и обманный выпад – и удар с другой стороны. Путать Эохайд всегда был мастер.

Они кружили молча, водя перед собой мечами. Ладони сжимали рукояти, и только запястья заставляли оружие выводить смертельные кружева своим остриём.

Мидир внезапно сделал ложный стремительный выпад, целясь в голову. Подняв руки, шагнул в бок от выпада.

Король галатов выставил меч перед собой и отступил, но кончик волчьего клинка, следуя боковому движению Мидира, задел Эохайда. Рукав красной рубашки короля галатов мгновенно намок от крови.

– Не мешать! – рявкнул своим Эохайд. Те, ринувшись вперед в ответ на царапину, сразу застыли.

Короли опять сцепились и опять разошлись.

Эохайд задохнулся, прижатый к земле, затем ушел влево, развернулся на развороте, сбросил клинок черного двуручника лезвием своего.