О чем поет вереск

– Я готов повторить свои обещания и ещё раз заверить вас в исключительной благости своих намерений!

Он нахмурился и вымученно вздохнул, а в глазах мелькнуло выражение затаенной муки: напряженные мышцы, на момент дольше прикрытые глаза, легкий вздох невпопад…

…и эхом прозвучал вздох боли Лианны.

Мидир много раз становился свидетелем того, как ши и люди жертвуют собой. Возможно, при других обстоятельствах он бы поаплодировал таланту Фордгалла оборачивать в свою пользу даже чувство вины и долга, но теперь был готов сам оборвать намечающуюся помолвку.

Этайн, словно ощутив его досаду, сочувственно погладила ладонь, и Мидир задышал вольнее.

– Да, я решила, – произнесла через паузу Лианна, не замечая, как быстро пропали приметы потаённой боли Фордгалла.

Ну еще бы она заметила. Сама-то душевную муку не разыгрывала.

Неловко, в несколько движений, Лианна стянула с шеи длинный, расшитый золотом платок. Помяла в руках.

Джаред стремительно окинул весь зал взглядом и помрачнел, явно не увидев того, что искал.

– Поверь, ты будешь счастлива со мной, – торопил события Фордгалл, опять припав на здоровую ногу.

Лианна кинула прощальный взгляд на Джилроя, сжимавшего широкий пояс двумя руками, и протянула шарф лесовику:

– В присутствии короля и королевы Благого Двора, чье слово – закон для всех, осознавая всю тяжесть сделанного и сказанного, принц Леса Фордгалл, я прошу, прими… – прямо между тонкой кистью принцессы и широкой ладонью лесовика пронеслась молния, и ткань перехватила чужая рука.

Волки остолбенели. На весь зал раздался громкий чих, и взгляды присутствующих скрестились на черно-серебряном силуэте принца Дома Волка, который проскочил между светлым силуэтом Лианны и коричневой фигурой Фордгалла, а теперь материализовался из ничего подле круглого стола.

– А-п-ч-хи! Пчхи! Пч-чи! – Мэллин для пущего эффекта потряс головой и смахнул выступившие слезы краем шарфа. – Простите, простите, – раскланялся во все стороны, приложив кулаки с зажатой тканью к груди, – прошу прощения, Благой Двор, мой король, моя королева, – персональный полупоклон им с Этайн, – вечно тянет чихать, когда холодает! Того и гляди, волосы инеем покроются!

Фордгалл неразборчиво зарычал, не в силах отреагировать хоть как-то на дикую выходку королевской особы, наследного принца правящего Дома.