О чем поет вереск

Ты ранен, ты слаб, ты не противник мне сейчас и впредь.

Похоже, слова магические: Мэллин ссутуливается на «ранен» и «слаб», однако серые глаза «не противника» загораются спасительной яростью, а спина выпрямляется. Слова почти убедили, но задели гордость.

Не-Мидир удрученно вздыхает. Поднимает меч медленно, позволяя раненому увидеть движение.

– Че-ло-веч-ка! – правая рука брата взлетает уже с мечом, отбивая первый удар. Левая остается прижатой к раненому боку.

– Моё сердце! – повторяет Этайн, словно забывая остальные слова.

Не-Мидир вскидывает голову, рубит так, что сам волчий король в единый миг понимает, отчего не мог найти Эохайда. Человек тоже пошел на разведку – под прикрытием.

Мидир чуть не порвал ткань воспоминания. Выдохнул и продолжил смотреть.

Раненый Мэллин, однако, остается волком, королевским волком, братом короля – обороняется он так, что Эохайду, поначалу щадившему более слабого противника, приходится бить всерьез. Пусть действующая рука у брата одна, пусть против двуручника работает полуторник, пусть в спину тыкается слепым котенком не осознающая реальности Этайн – Мэллин не сдается.

Мидир видит в своих-не-своих глазах разгорающееся пламя досады и раздражения.

– Моё сердце! – еще один толчок в спину, вперед к королю галатов, так что Мэллин почти подставляет открытую шею.

Эохайд не пользуется возможностью, и не разобрать, то ли не поспел, то ли не захотел. Мидиру чудится в этом снисхождение к ши, волкам, самому Мидиру. Или узнаёт «шута», как-то спасшего ему жизнь?

Волчий король бессильно сжимает кулаки: это всего лишь воспоминание, пусть и недавнее.

– Не твоё, человечка, твоё сердце все же получше смотрится, – отвечает Мэллин сейчас больше врагу, чем Этайн. – Не говоря уж о том, что твоё сердце десять раз раскатало бы меня в блин, а этот недоделанный волк только и делает, что пугает!

Глаза брата светятся желтым, Эохайд улыбается улыбкой Мидира в ответ. Они оба знают, что Эохайд мог бы бить сильнее, а «пуганый» Мэллин уже с трудом дышит.

Эохайд, однако, пришел за женой, он поднимает меч, чтобы в следующий миг обрушить на Мэллина град ударов. Легких, но быстрых и разнонаправленных, выматывающих раненого волка вернее, чем редкие и сильные. Полуторник не поспевает блокировать удары, и ожидаемые раны ложатся легкими порезами.

– Мой король, – подбегает Джаред.

– Т-ш-ш, – не отпуская брата, отвечает Мидир. – После.

Джаред выдыхает, садится рядом и, кажется, тоже переживает за Мэллина.