Бабушка на выданье

Может прямо на свадьбе? Тогда отчаяние вытеснило все прочие эмоции, а потом он узнал, что Эрмина уже и не Эрмина вовсе, а какая-то иномирянка.

Странно, но ни разу у него не возникло сомнений в том, что это так и есть. Умом он понимал, что это мог быть хитрый розыгрыш для того, чтобы он, силком загнанный в брак, принял жену без недобрых мыслей, стал защитником и соратником, но сердце сразу поверило в подмену. Потерю памяти изобразить несложно, но для того, чтобы перевоплотиться в иного человека, требуется немалое актёрское мастерство, А Эрмина действительно разительно изменилась – и манера держаться, и выражение лица, да и её рассудительность и интерес к этому миру для прежней принцессы были не свойственны.

Но – кто бы мог подумать! – сама Великая Богиня явилась, чтобы благословить его союз! Выходит, она услышала его просьбу в часовне и… выполнила её. Риольф признался себе, что новая Эрмина ему нравится: не как супруга, но скорее, как приятель, интересный собеседник. Слегка раздражали проскальзывающие нотки снисходительности – она явно считала его мир отсталым – и некоторого резонёрства. Да и оплывшая фигура Эрмины его не привлекала. Неужели эта женщина и есть идеальная жена для него?

Одолевали мысли, сон не шёл. А завтра прощание с Эрметом, день тяжёлый. Пока Эрмину не короновали, существует вероятность, что найдутся силы, не желающие этого допустить. На церемонии соберётся вся знать Леондора, могут начаться свары в борьбе за освободившийся трон. Надо отдохнуть. Риольф отбросил все размышления и мечты, закрыл глаза и заставил себя расслабиться.

***

Тело Эрмета возлежало на алом бархате на специальном открытом белоснежном катафалке, запряжённом шестёркой белых коней в красных попонах. Королевская карета четвернёй ехала сразу за ним, окружённая верховыми. Следом ехали упряжки парами.

Катафалк совершал круг по центру центру города, Эрмет последний раз объезжал Леону, а горожане прощались со своим королём.

Рука Эрмины, лежавшая на руке Риольфа подрагивала, иногда холодные пальцы становились вялыми и слабыми, но временами сжимались так, что ногти больно впивались в его руку.

Риольф поглядел на напряжённое лицо жены и решил, что жаловаться не стоит.

– Тебя что-то беспокоит?

– Всё. Сначала было даже забавно. Всё в красных флагах – у нас так отмечали некоторые праздники. А потом стало давить. Красное на белом выглядит тревожно и агрессивно. У нас траурный цвет чёрный. Все эти люди, молча стоящие вдоль дорог – кажется, что от них исходит угроза.