Я вернусь с летним теплом

Кан Джун немного помедлил. Ему казалось, когда заходишь глубокой ночью в кафе или магазин, привлекаешь слишком много внимания. У работников возникает множество вопросов, хотя правила приличия не позволяют их задать. Но в этот раз холод и любопытство взяли верх, потому Кан Джун направился к двери, не забыв закрыть лицо черной тканевой маской.

Дверной колокольчик в виде луны в окружении сонма звезд разразился мелодичным переливом, ласкающим слух. Внутри играла легкая фортепианная музыка, пахло подгоревшим сахаром и цветами.

Девушка за прилавком оторвалась от ноутбука, приветливо улыбнулась и поклонилась.

- Добро пожаловать в кафе Moonlight Dreams, - в ее лице не было ни намека на удивление или любопытство, только лучащееся дружелюбие. Кан Джун чуть поклонился в ответ.

- Доброй ночи.

- Снаружи похолодало, да? Я включила пару обогревателей, надеюсь, что внутри вам будет уютно. Можете присаживаться, куда пожелаете. Если захотите что-то заказать, можете нажать кнопку вызова. Или подойдите к прилавку. Как вам будет удобнее.

- Спасибо.

Кан Джун хотел было пройти к уединенному месту за книжными полками, но передумал. Он сел на ближайший к синтезатору столик так, чтобы можно было видеть прилавок. Девушка снова устремила взгляд в ноутбук. На ее лице сияла легкая светлая улыба, от которой на душе становилось теплее. Официантка выглядела бы как обычная молодая довольно симпатичная кореянка, если бы не светло-серые глаза, нетипичные для представителей их нации. В свете монитора казалось, что они светятся, словно луна.

Меню кафе не было большим. Специализировалось оно на различных чаях и легких ночных перекусах, хотя было и несколько видов кофе, пирожных и мороженного. Кан Джуну ничего не хотелось, но сидеть, ничего не заказав, было неловко. Хотя, девушку это, похоже, мало беспокоило. Она или очень хорошо делала вид, что ей не интересен новый посетитель, или это на самом деле было так.

Кан Джун снял бейсболку. Пожилая женщина за дальним столиком отвлеклась от своей книги и посмотрела него.

Вначале ее взгляд показался строгим, но потом она улыбнулась, отпила чая из большой стеклянной кружки, и вернулась к книге, будто сказала: «Милок, мне дела нет до того, кто ты». Кан Джун снял маску и убрал ее в карман, а затем подошел к прилавку.

Официантка, на бейдже которой был написано «Сим Со Ра», улыбалась также дружелюбно и приветливо. Ни один мускул на ее лице не дрогнул при виде Кан Джуна. Либо она его не узнала, либо киноиндустрия лишилась великой актрисы.