Дом быта в Аду

— Выходит, я уже более двенадцати часов, как умерла? — спросила я и тут же мысленно обругала себя за то, что удивляюсь очевидному.

Несмотря на смерть, перемен в себе я не замечала. Разве что прежде я была побойчее, но это все от растерянности перед лицом всего случившегося.

— Можешь завести себе календарик и отмечать в нем дни здесь, — совершенно серьезно предложила банши. — Сначала будет тягостно, даже тоскливо, ты, уверена, будешь скучать, но, поверь, однажды ты забудешь зачеркивать дни и просто станешь здесь жить, а потом даже станешь отмечать день смерти, как второй день рождения.

Я внимательно посмотрела Нелли в глаза, пытаясь поверить ей. Желание ныть и упрашивать о возвращении прошло, я ведь знала, чем это мне грозит. Да, я была в этом новом для себя мире половину суток, и этого времени оказалось достаточно, чтобы я окончательно взяла себя в руки.

Я умерла. Я в Аду. Место странное, но здесь, похоже, можно жить. Кругом полно странных… нет, все же мне пока проще называть всех вокруг людьми.

Так привычнее. А раз привычнее, то пока не будем перекраивать себя и стараться. Возможно, потом я сама привыкну даже мысленно не называть всех вокруг людьми. Работа странная и в странном месте, но ко всему можно привыкнуть. Наверное.

— Ладно, рассказывай и показывай дальше, — предложила я Нелли, и та впервые за сегодня искренно широко мне улыбнулась.

***

— Второй этаж, — объявила Нелли, когда мы поднялись по лестнице.

Как и везде в здании, пол здесь устилал плотный темно-красный ковер.

Стены покрывали темно-коричневые, почти черные от потемневшего от времени лака деревянные панели с вытянутыми вертикально углубленными филенками, из-за приглушенного света казавшимися еще темнее. Между дверями помещались широкие массивные пилястры, каждую из которых украшал настенный светильник в виде латунного рожка с тремя цветками-плафонами алого стекла. Из-за ковра и этих ламп коридор казался пугающим и мрачным, но Нелли без видимого страха зашагала по нему налево, поманив меня рукой.

— В самый конец не пойдем, — пояснила Нелли, остановившись у одной из дверей.

Дверь была такой же, как и все остальные, но на тех, мимо которых мы шли, имелись латунные таблички с выпуклыми и чернеными буквами, а на этой пока даже отверстий от некогда привинченной таблички не было.

— Хоть здесь и нет пояснений, но за этой дверью тоже обитает один из наших мастеров, — сказала банши и вздохнула.