Две жизни Алессы Коэн

Большинство же ломают руки и ноги еще на подходах к пещерам, — он морщится и трет предплечье, — некоторые пугаются до смерти, кого-то приходится спасать от отравления паучьим ядом… Как бы то ни было, у нас оправдание есть, как и у сотен других, кто ищет…

— Альвендиры? Люди настолько стремятся простить кого-то, наказанного Источником, что в пещеры ходят сотнями? — вырывается у меня саркастичная ремарка. Не вовремя, надо признать.

Архимаг хмурится, волшебные сферы начинают мигать, как вот-вот собирающаяся перегореть лампочка.

Но свет вскоре опять становится ровным, как и его голос:

— Я совсем забыл, что ты ничего не помнишь.

Я вздыхаю с облегчением:

— А я уже подумала, что сейчас вы убедите меня не перебивать вас тем самым действенным способом, как Андриетти и мать Алессы… — я нашла еще более подходящие слова, разумеется.

Любой другой, наверное, жутко оскорбился бы, но архимаг смеется:

— Дался тебе Андриетти. Нет, я не настолько безумен, чтобы считать страх и угрозы самым надежным оружием убеждения. Этот путь слишком опасен, ведет к вседозволенности и краху.

— Путь, говорите? — я отвлекаюсь на мелькнувшую вдали серебристо-голубую вспышку, осветившую грот со сверкающе-яркими розовыми, фиолетовыми и синими сталактитами.

Огромный зал, величественный и… не существующий в реальности. Сфера архимага подходит к темному пятну грота и освещает сплошную стену с рукотворными узорами.

Я трясу головой. Галлюцинации это или нет — архимаг мне не ответит, он не уловил присутствия этого миража, пусть будет еще одно маленькое чудо или нечто непонятное.

Сложу его в свою воображаемую шкатулку с необъяснимым. Что-то мне подсказывает, что скоро шкатулка может превратиться в огромный сундук, тяжелый и неподъемный, какие я видела в деревенских домах. Но это будет потом, а сейчас мне надо продолжить разговор так, как будто ничего сверхъестественного не случилось.

— Я должна извиниться за то, что вас перебила. В этих пещерах, значит, растут самые разные растения?

Архимаг, очевидно, доволен моим поведением.

Или… Похоже, кто-то из нас очень хотел посетить эти пещеры, потому что ни разу здесь не был. Или пытался проникнуть, но с какими-то последствиями. Да, он же потер правую руку, когда говорил о наказании за нарушение запрета — может быть, тоже пострадал от пауков или неудачно упал во время первой экскурсии. Мастер Гвеллан, вы любите приключения и любопытны, но тщательно это скрываете. И эти черты заставляют вас казаться еще симпатичнее и человечнее, надо признать.