Сердце степи

- Откуда только прыть такая!

- Деревянные вам нужно, - сказала Камайя, рывком стаскивая с Рика штаны. - Как этим мальчишкам… Чтоб не резали друг друга. Хотя тогда сотрясение устроите друг другу… Какие, к чертям, вам мечи? Ох, Рик, тут шить надо. Вы бы ещё пращи взяли! Или дубинки!

- Отстань от меня! - Рик прикрывался руками от Камайи, натягивая рубашку на некоторые части тела, которые она безжалостно открыла дневному свету. - Никакого «шить»! Само заживёт!

Камайя поджала губы и выпрямилась. Рикад отвернулся, суетливо подбирая штаны и заправляя в них рубаху.

- Так нельзя с мужчинами… - яростно бормотал он. - Позор… Какой позор!

- Я, считай, гватре, - пожала плечами Камайя. - Во всяком случае, что касается обработки таких ран. Если у тебя начнётся нагноение — я не смогу помочь. Придётся пить местные травы, кипячёные на бараньем жиру. Ты хорошо промыл? Надо бы зашить...

- Нет! Я перевяжу заново. И больше не сдирай с меня штаны. Это не лезет уже ни в какие рамки, Камайя. Даже в Валдетомо женщины себя так не ведут!

- Пойдём, хотя бы перевяжу как следует!

- Валдетомо? - тихо переспросила Алай у Харана, завязывая кончики чистой тряпицы вокруг его плеча.

- Родина Рика, - улыбнулся Харан, - Вторая. Пусти. Рубашку возьму.

Алай стояла, глядя ему вслед. Как дети малые… Ох, Харан…

- Поможешь завязать? - Он вышел в незавязанной рубашке и развёл руки. - У тебя ловкие пальцы.

- Я пришивала завязки к твоим рубашкам и думала, что ты свирепый, - сказала она, с улыбкой затягивая последнюю пару тесёмок.

- Было дело. Но я не свирепый. - Он осторожно коснулся пальцами её подбородка, и сердце гулко застучало в груди. - Я не обижу тебя. Прости за злые слова, что я говорил тебе.

36. Пусть ничего нас не связывает

Алай вскинула руки ему на шею и потянулась к нему. Он обхватил её, приподнял и поцеловал, глянул ей за спину и поцеловал снова, потом осторожно опустил на землю.

- Харан, - прошептала она, тяжело дыша. - Нет… Не отпускай.

- К нам гости, - хмуро сказал он, прижимая её к себе. - Налей оол, жена.

Алай обернулась. Тур спешился с Далсаха, слегка брезгливо глядя на них.

- Добрый день, хас Харан Хайар, - сказал он неохотно. - Пришёл извиниться за то, что случилось недавно.

Харан махнул рукой на очаг, и Тур следом за ним уселся под навесом. Алай откинула тряпицу с котелка и наполнила пиалу оолом.

- Хас Охар сказал прийти? - хмуро спросил Харан, глядя, как Алай несёт ему оол.