Сердце степи

- Ты даже не гватре, а всё равно злая, как дело касается моих царапин!

- Я съезжу в Адат, - торопливо сказала Алай, глядя, как покрывается злыми розовыми пятнами нежное, светлое, невозмутимое лицо Камайи. - Жена хаса Духэра знает травы, а ещё я поищу какую-нибудь эным…

- Две ладони в длину… Я сама виновата. Надо было попросить Харана скрутить и подержать тебя или подмешать тебе сонное зелье. И зашить, пока ты тихий, - раздалось за спиной, когда Алай садилась на Бус.

- Если ты сотворишь такое, клянусь, я отомщу тебе.

Даже не вздумай…

Улануг сидела у порога шатра с маленьким сыном у груди и душераздирающе зевала.

- Здравствуй, хасум Алай, - сонно сказала она, и Алай вдруг почувствовала переполняющую её гордость за это звание. - Прости. Спать хочется. Младшие зубами мучились.

- Мать Даыл благословила тебя, - улыбнулась Алай, глядя на играющих в шатре малышей. - Хасум Улануг, мне травы нужны, которыми раны лечат. У меня только от кашля.

- Рикад?

- Да. Откуда знаешь?

- Хромал вчера. Сейчас принесу.

- Она передала младенца Алай, ушла к повозке и вернулась с мешочком. - В Улданмае, говорят, теперь лекарей достаточно. Разросся он сильно. Чего теперь только нет.

- Мы давно там не были, - пожала плечами Алай. - Я не помню его. Да и на юге года три как не зимовали. Спасибо, хасум.

- Не за что. Если это не поможет — лекари там помогут, - улыбнулась Улануг, забирая малыша у Алай. - Молоко возьми… Девушки надоили.

Алай шла, обхватив двумя руками большую кадушку с молоком, а Бус брела позади.

Плохо будет, если Рик охромеет, а уж если ноги лишится… Он вроде бы ничем не выделялся особо, ни ростом, ни впечатляющей силой, но девушки на него слетались прямо как осы на сахарный арбуз. Алай не раз силилась понять, что же они находят в нём, но безуспешно.

- Доброе утро.

Голос Сэгил вырвал её из размышлений. Молоко плеснуло вверх, но осталось в кадушке.

- Доброе утро. - Алай с вежливой улыбкой повернулась к Сэгил. - Здоровья ногам твоего коня.

- И твоего, - усмехнулась Сэгил, с лёгким презрением оглядывая Бус.

- Так и не подарил тебе муж на свадьбу ни коня, ни серебра?

Алай слегка скрипнула зубами, но тут же застыла, не успев придумать достойный ответ на колкость Сэгил. В ушах той были серебряные серьги, очень, очень знакомые.

- Я пойду, - сдавленно сказала она, разворачиваясь в строну очага Хайар. - Молоко что-то скисать начало. Того и гляди, пропадёт…

Сэгил фыркнула ей вслед. Алай шла, и уши пылали от стыда.