Пленница Потаённого Царства

Если все вокруг твердят: судьба принцессы состоит исключительно в том, чтобы пожертвовать собой во славу Империи, она это сделает. Но не так, как от нее ждут бесчестные мандарины, лживые сановники, льстивые советники и подлый наследник престола.

В пиршественной зале кружились танцовщицы. Летали красные шелка и серебряные пояса, отороченные нефритовой строчкой. Звенели золотые браслеты и подвески из жемчугов. Весело тренькали струны музыкальных инструментов.

Лин внимательно посмотрела на отца, брата Реншу, не отходившего от того ни на шаг.

Попыталась запомнить их лица: каждый штрих, каждую черточку, потому что знала – видит их в последний раз. Мысленно простившись с родными, принцесса незаметно выскользнула из Зала Поющих Свечей. Спустившись во внутренний двор, пересекла императорский сад и по узкой мраморной дорожке вышла к тайному лазу в стене (о котором знали только она и Реншу).

Квартал Павлиньего Глаза был погружен в густую темно-синюю тень, покрывавшую зубчатым узором площади и мостовые, и упирался в роскошные дворцы приближенных чиновников самых высоких рангов.

Над сиреневыми шапками дальних лесов возвышалась Гора Царя Обезьян. Лин свернула левее – на следующем повороте открылось море. К берегу тянулась серебристая дорожка, чуть дальше молчал городской причал. Там, среди сотен джонку и лоу чуань поблескивали паруса той единственной, что отнесет ее к морскому чудовищу.

Принцесса замерла у края берега, вдыхая сырость моря. Лин переполняли головокружительная отвага и одновременно ощущение полной беспомощности, заброшенности и одиночества.

В ночной тишине верещал зимородок – символ императорского величия и власти. Она обернулась - в последний раз посмотреть на Изумрудный Дворец, возвышавшийся на склоне Скалы Солнца. К горлу подкатил комок, хотелось упасть на колючие, мокрые камни и разрыдаться.

Нельзя поддаваться страхам, нельзя отступать на полпути. Она пожертвует собой не ради Империи, но ради отца и брата.

Лин набралась храбрости и шагнула на сходни.

Едва нога ступила на палубу, корабль будто ожил: по бортам и перекладинам пробежался серебристый огонь, паруса вздулись без встречного ветра, а руль скрипнул и завертелся, точно под рукой незримого капитана.

Через минуту джонку вышла в открытое море. Стояла ночь, было холодно. Не желая мерзнуть на палубе, Лин спустилась в трюм корабля. Выпитое вино сморило девушку. Она забылась глубоким сном.

… Джонку ударилась о песчаную мель и остановилась.