Всё во имя…

Жени интересовало всё, что было связано с жрицей, – как она живёт, чем питается, сколько раз в день выпускает сову на охоту, но реальность оказалась куда прозаичнее ожиданий деревенского парня. Гайа ела, как все остальные люди, работала так же, как все, а сова сама решала, когда ей нужно улететь, иногда пропадая целыми сутками.

– А кому служишь ты? – спросил Жени однажды, когда они вышли вскопать высохшую землю, чтобы её засеять. – Жрицы всегда служат кому-то.

– Людям служу, – просто ответила Гайа.

 – Вашему поселению, старосте, вашим животным и растениям, морю и небу, деревьям и травам.

– А что есть твоё служение? – продолжал допытываться он. – Заклинания, подношения, молитвы…

– Помогаю я, – улыбнулась Гайа. – Нужна кому-то помощь – я смотрю в него – и вижу, как помочь.

– Говорят все, что колдунья ты, – нахмурился Жени. – Что сухую землю влажной делаешь, чистое небо облаками укрываешь, вылечить больного можешь или живого убить…

– Ну и говорят пусть, – пожала плечами Гайа.

 – А как сухую землю влажной сделать иль больного вылечить, ты знаешь и сам.

Жени задумался.

– А что значит смотреть «в»?

– То и значит, – фыркнула Гайа и осмотрела свой небольшой огород, спрятанный под кронами домашних яблонь и груш, оплетённых красным виноградом. – Вот видишь землю, смотришь на неё – сухая она, – Гайа воткнула в землю лопату, надавила на неё всем своим телом и вытащила кусок чернозёма. – А посмотришь в землю – так поймёшь, что в глуби влажная.

Просто копать нужно. Ты будешь копать?

Жени рассмеялся и тоже взялся за лопату.

– Интересная ты жрица, – заметил он, присоединяясь к работе. – Богам не служишь, волшебством не владеешь, сама, руками землю обрабатываешь, сама еду выращиваешь. А сова зачем тогда?

– Прилетела сама она. Со мной и осталась.

Жени окончательно уверился в том, что жрица ничуть не волшебнее его самого. А оттого лишь сильнее проникся к ней восхищением и преданностью.

Стал он смотреть, как Гайа другим помогает, как работает, как видит своим волшебным даром – и чувствовал, как всё меньше хочется от неё отходить, как всё больше хочется смотреть вместе…

***

– Ты смотри, – говорила Гайе сова. – Не привяжи к себе мальчика, тяжело расставаться будет.

– Да кто ж его у меня держит-то? – удивлялась Гайа. – Сам уходит, приходит сам. Слушает, вопросы задаёт. Неглупый, понимает, не для того я в этом мире существую.