Оборотный Петербург

Кажется, ему куда больше наслаждения доставляли ее отношения с Сережкой, чем все остальное.

Еще раз потянувшись, Оксана, наконец, заставила себя покинуть кровать. Бросив взгляд на часы, быстро схватила полотенце и пошлепала умываться. Все-таки ванна с водогреем в доме – счастье. Хорошо, что Юрка не побоялся грохнуть кулаком по столу и сделать, как хотел, а не как думали старшие дамы. Впрочем, они это новшество тоже оценили, но много позже и постоянно находили, к чему можно прицепиться.

Быстро умывшись, девушка забежала на кухню.

Пока грелся чайник, сделала себе бутерброд, добавила к нему печенье и вернулась в комнату. Теперь предстояло самое сложное – решить, что одеть. Собственно выбор одежды на даче был не велик. В основном вещи, в которых не жалко полоть грядки и заниматься другими делами на участке. Для похода на речку хватало купальника и легкого домашнего платья. Другое дело, что сейчас ей надо ехать к Вадиму. Заехать ни домой, ни к Юрке она уже не успеет.

Наконец, выбор остановился на футболке и джинсах.

На улице не жарко, а они, скорее всего, опять будут гулять. Вроде, Сережка просился в Кронштадт. Значит, надо будет прихватить ветровку. Ветер еще вчера был холодным, а за ночь направление не изменилось. На острове так и вовсе жары не стоит ожидать.

Быстренько подкрасив тушью глаза и пройдясь по губам блеском, девушка сунула в рюкзак косметичку, проверила деньги, телефон, книжку. Сунула ноги в кроссовки. Тарелка и чашка отправились на стол в кухне. Подхватив куртку, девушка вышла из домика.

– Мамуль, бабуль, я в город, – окликнула она родительниц. Мать только кивнула, выглянув из парника.

– Оксана, – от голоса бабушки девушка напряглась. – Пока ты тут, сними Пушка с яблони, а то там с раннего утра сидит.

– Бабуль, я на электричку опаздываю, – шестое чувство подсказывало, что сейчас надо как можно быстрее бежать от участка, тем более что кот прекрасно может слезть сам, когда проголодается.

– Оксана! – в голосе добавились металлические нотки, не предвещавшие ничего хорошего.

Девушка бросила взгляд на часы. Минут десять есть. Вздохнув, она поплелась за лестницей. Интуиция уже даже не кричала, а вопила, что ничего хорошего не будет, но между расцарапанными руками и недовольной бабушкой девушка выбирала первое.

Заметавшись в поисках лестницы, Оксана не нашла ничего лучше старой, собранной еще дедом.

– Бабуль, а новая лестница где?

– А я ее Алевтине дала. У ней пчелиный рой вылетел, – выглянула бабушка из курятника.