Табель первокурсницы

По хрусткому и ломкому переплету было видно, что фолиант давно не открывали, от старой кожи едва уловимо несло гарью.

На желтой шершавой странице был написан рецепт. Обычный рецепт с ингредиентами и указаниями, сколько чего и как растереть, покрошить, настоять… Почти обычный, за исключением того, что это был рецепт приготовления яда.

— Всего лишь надо знать, где искать, — покачал головой Крис, и в его голосе послышалась горечь.

Я читала строчку за строчкой, чувствуя, как сердце начинает биться все сильнее и сильнее.

Десять грамм коры лысого дерева три ночи настоять на «мертвой воде», посеять «ускоряющее зерно», разделить на восемь частей…

— На симптомы посмотри.

Я быстро стала читать дальше, не замечая, что делаю это вслух:

— Впрыснуть в кровь или нанести на рану. Отсроченная смерть, от седмицы до двух — первый и единственный признак отравления. — Дальше шел рисунок в виде чешуи над пораженным органом, который через малое время будет закован в смертельный непроницаемый панцирь. Противоядие — настойка из семян лысого дерева.

Впрыснуть в кровь не позднее… Но это значит… Это значит… — я подняла голову.

— Это значит, что короста от слова «кора». Это значит, что короста — это не болезнь, а яд.

— Нет, — не поверила я. — Не может быть. Что это за книга? — Я захлопнула фолиант, но название за давностью лет уже успело стереться, остались лишь отдельные буквы. — Эта болезнь поражает только одного человека в роду. Чтобы избежать этого, маги создали амулеты…

— Чего кричишь? — миролюбиво спросил Оуэн.

— От твоего крика ничего не изменится. Всегда думал, что эта болезнь странная, больно привередливая. Знаешь, что она мне напомнила, — он взялся за третий, последний том. — Заклинание на чирийский клинках. Немного другое, но суть та же: идет опознание по крови. — Передо мной легла третья книга.

Сухие строчки из какого-то научного труда какого-то заумного мага какого-то бородатого года…

«…наделить вещь способностью распознавать кровь нетрудно, трудно заставить ее выбрать одного носителя и остаться слепой к остальным.

Мы смогли восстановить это свойство для твердых веществ и полностью утратили для жидких. Многое осталось по ту сторону Разлома…»

— Думаю, маги усовершенствовали этот яд.

— Нет, — возразила я. — Маги придумали артефакты для защиты!

— Конечно, придумали, — устало  сказал барон.  — Посадить на такой крючок всю Эру — это гениально. Не хочешь болеть — плати, даже завидно, что не сам придумал.

Я оттолкнула от себя книги.