Эльфийская стража

– Наверное… – отозвалась Борозда. – Умрёт… И мы, Царственные Эльфы, станем никому не нужны, прежде всего – сами себе…

– Чепуха, – Гриня глотал медленно и с усилием, Лемех терпеливо держал горлышко у потрескавшихся губ сына. – Жить будете, как все. Пахать да сеять, да собирать в житницы…

– Никогда! – ужаснулась Борозда. – Никогда эльфы не пахали и не сеяли! Лес сам давал нам всё!

– Значит, так и будет давать, – пожал плечами Лемех. – Песни пойте, пляшите, друг друга, того, любите, детишек рожайте…

– Ничего ты не понял, человек Лемех…

– Куда уж мне.

Гриня, сын, встать можешь?

– М-могу, б-батя.

– Вот и молодец. Вот и давай. Потихоньку, полегоньку и выберемся. Как это ты такую чащу-то сотворил – ума не приложу; настоящий волшебник ты у меня теперь!

На губах Грини появилась улыбка – слабая, но уверенная.

– Нет, батя. Не волшебник я никакой и не знаю, как это сделал. Она мне всё дала, направила, слова вложила. Дала… и ушла.

Пусто теперь и холодно. Очень холодно, батя.

Отступивший было во время схватки мороз возвращался, от дыхания шёл пар. Найда, о которой все забыли, коротко тявкнула – мол, хватит, засиделись, не люблю быть ненужной…

– Ничего, сыне, пройдёт всё. Молодой ты у меня, крепкий, что случилось – то минует, оправишься, в Ордосе учиться станешь или вот Волшебный Двор, говорят, тоже неплохо… Но про то речи после вести станем, а пока пошли отсюда, коль дорога открыта, кто знает, продержится ли.

Борозда! Хватит рассиживаться, пошли. Тебя жених заждался небось.

Но эльфийка не пошевелилась, сидела на гладком и скользком «полу» из неведомо чего, да что-то бормотала себе под нос.

– Борозда!

– Идите, – она не смотрела на них, голова склонилась к коленкам.

– Э! Ты чего удумала-то?

– Идите, говорю вам! Я остаюсь.

– Сдурела, как есть сдурела. Ариша! Перекинь её через плечо и потащим так, коль не одумается.

– Нет! – зашипела эльфийка, вскакивая.

 – Не понимаешь ты ничего, человече, ничего ты в нашем Лесу не увидел, а что увидел – над тем не думал! Мы не люди, просто брюхо набивать да хмельное хлестать иль там золото копить – не можем! Цель нам нужна, цель и смысл, великие, страшные! Такие, что никто, кроме нас! Что только мы!.. – она захлёбывалась словами. – А теперь, если Тёмной Птицы нет, если Ниггурул исчезнет – зачем нам вообще жить?!

– Экая ты неразумная, право слово.