Добролюб

— Ах-ха-ха! И Лешему титул придумал! Ужо мы с ним ноченькой-то поглаголим. Ежели Перун тебя отсель не прогонит, попрошу пару моих девиц-навок попользовать. Как вчерась сказывал тебе — хвосты у них ломит.

— За тем дело не станет. Даже если мне с острова уйти придётся — я в лесу обоснуюсь, а там и к озеру приходить буду.

— И то верно! Ну, до вечера, Добролюб!

— До вечера, ваше мокрейшество!

С трудом дотащив до костра мешок — нести не позволяла его тяжесть, Медведев перевёл дух. Тащил он его долго, с тремя остановками и только волоком — кроме самого веса, сырая кожа вобрала в себя уйму воды, сделав ношу для человека почти неподъёмной.

Выбрав место на пригорке, почти у самой кабины, он, порядком повозившись с узлом на горловине, развязал его.

В большом кожаном мешке оказалось много чего. Ивану достались два топора, правда неважнецкого качества, колун20, три молотка, коса, серп, небольшая двуручная пила, два крупных поясных ножа в обычных ножнах и несколько столовых, разделочных.

Кроме того, в мешке Медведев обнаружил пару десятков гвоздей разной длины и толщины, столько же скоб да длинных стяжек — тех же скоб, только большей длиной.

Разложив неподалёку весь подаренный инвентарь, молодой человек осмотрел косу. Та не сильно пострадала от нахождения в воде и уже через полчаса, предварительно сходив в лес и, срубив подходящее деревцо под черенок, Иван смастерил подобие настоящей косы. Конечно, до уровня профессионального исполнения ему было далеко, но, упростив ручки, он насадил на черенок лезвие и отбил его молотком, используя обух колуна в качестве наковальни.

Потом аккуратно заточил кромку на камне и, убедившись в надёжности и остроте, сноровисто принялся косить траву. Медведев изначально не стал оставлять голую землю, а только убрал увядшие верхушки. У него получился аккуратный такой «бобрик», сантиметров пятнадцать высотой, на всей прилегающей к кабине территории.

Удовлетворённо выдохнув, он переключился на инструмент.

По большей части тот находился в запущенном состоянии, но Иван и не планировал им заниматься до момента, пока не определится со своим статусом: разрешат ли ему остаться на острове или нет. В случае отказа он пока не знал, каким образом ему переправить его и кабину в лес, но решив поговорить об этом с Водяным и Лешим, успокоился.

Тщательно облагородив участок и разложив инструмент возле кабины, он переключился на одежду.