Цена крови

Лесоземье обратилось в одно громадное урочище, полное демонов и прочих чудовищ. Злая воля Проклятых братьев изменила обитавших в его глубине хищников, обратив их в кошмарные создания, жаждущие крови. Они нападали на хорошо укреплённые деревни лесовиков и рано или поздно прорывались внутрь. После таких нападений живых не оставалось. Мучения сотен невинных людей подпитывали силу урочища, оно росло, распространяясь на новые части Лесоземья. Теперь уже никто не звал эти земли так, они стали для всех Заповедной пущей.

Местом, где люди не живут.

В первый раз бывшего постельничего попытались убить, когда он остановился на привал в развалинах постоялого двора. Было это на третий вечер его путешествия. Всё же армия и бичеватели выбили почти всю нечисть вокруг Луперкалии — да и нечем было ей поживиться после рейдов фуражиров. Во время осады поговаривали, что под видом свинины в котлы нет-нет да и кладут очень подозрительное мясо, которое прежде даже не гавкало и не мяукало.

Саму столицу Купеческой конгрегации всё время снабжали провиантом унендили, которым щедро платили из казны, понимая, что сейчас золото экономить смысла нет. А вот у осаждающих такой подмоги не было, им приходилось выкручиваться своими силами.

Бывший постельничий завёл коня в остатки большого дома, где раньше принимали гостей постоялого двора. Там ещё кое-где осталась крыша, так что животное проведёт ночь в относительном комфорте. Сам же бывший постельничий наскоро вымылся после дороги, опрокинув на себя пару вёдер воды из колодца, выстирал исподнее, радуясь тому, что завтра сможет сменить его.

Развёл костёр прямо посреди бывшего общего зала, там, где сохранился большой очаг, служивший для обогрева большого помещения.

Расстелив попону, ещё хранящую тепло конского тела, бывший постельничий улёгся у огня. Не прошло и десятка ударов сердца, как в сгустившихся тенях сверкнули глаза. Несколько уродливых сгорбленных карликов ростом с крупную собаку рискнули выйти на свет.

Наверное, посчитали, что их жертва спит и с ней можно будет легко разделаться. Негромкий скрежет взводимого курка никого из них не смутил. Когда же, не выдержав, чудовища бросились на свою жертву, та стремительно откатилась в сторону. Оглушительно бахнули пистолеты — тяжёлые пули разворотили пару особенно ретивых тварей. Остальные замешкались, испуганные грохотом выстрелов и вонью пороховой гари.