Тайные кланы. Пробуждение вайлорда

Ближе к обеду я написал самому потерпевшему. Получил ответ, что всё в порядке, только голова побаливает.

Но его ответ меня нисколько не успокоил.

Мне повезло, что после обеда нужно было провести выездную встречу. Благодаря этому я смог закончить работу пораньше — после встречи просто не стал возвращаться в офис. Конечно, так делать нельзя, но начальство на подобное смотрит сквозь пальцы, если работа выполняется в срок.

Подъехав к дому Миши, я позвонил в домофон. Противная мелодия тренькала на всю улицу, но никто не открывал.

Тревога нарастала, я достал телефон и набрал Мишин номер. Тот же результат, что и с домофоном. Попробовал набрать ещё раз — в ответ снова лишь длинные гудки.

Оба Мишиных окна выходили на другую сторону. Я уже собрался оббежать дом и покричать, как подъездная дверь отворилась — молодая мать с коляской отправилась на прогулку.

Я помог выкатить коляску, влетел в подъезд, быстро поднялся по лестнице на третий этаж.

Старая дверь квартиры моего друга была приоткрыта.

В полнейшем изумлении я дёрнул её на себя и ввалился внутрь.

Через секунду я уже был в гостиной.

Наши глаза встретились. Он стоял на стуле прямо под тем местом, где должна была висеть люстра. Миша снял её и зацепил за крюк, предназначенный для люстры, верёвку.

В его взгляде вспыхнул дичайший ужас. И он решился, ударив голой пяткой по спинке стула.

Я рванул вперёд, одновременно с этим стул начал падать, верёвка мгновенно натянулась...

Миша с грохотом рухнул на стул, приложившись раненой спиной о его спинку.

Старый крюк для люстры не выдержал веса несостоявшегося самоубийцы.

— Идиот! — выругался я, метнувшись за ножом, чтобы разрезать петлю, затянувшуюся на шее друга. — Дебил! Я ж вчера с тобой разговаривал! И Олег тоже! Проклятье! Ну Олежа...

Освободив шею этого придурка, я раздёрнул грязные шторы и распахнул окно, впуская в комнату свежий воздух. От перегара и запаха сигарет в комнате нечем было дышать.

Обернувшись, я впился гневным взглядом в Мишу. Он сидел на коленях, свесив голову, дрожал и всхлипывал.

— И долго ты на стуле-то стоял?

— Не знаю... может час...

— А дверь зачем открыл?

— Чтобы не сломали... когда меня хватятся... — он отвечал мёртвым голосом, совершенно не глядя в мою сторону. Я сделал шаг вперёд, Миша вскинулся и закричал:

— А-А-А-А!!! Даже этого сделать не смог!!! Чёрт!!! Чёрт!!! Чёрт!!! Я — слабак! Жалкий никчёмный слабак!!! — его лицо исказила гримаса боли, из глаз безостановочно текли слёзы.

От его голоса сжималось сердце.