Двое из бара

После нескольких попыток нам придали сидячее положение, из-за чего я шипел и практически кусался, так все мои синяки и травмы резко ожили и завопили дикой болью. Вошедшие посмотрели на нас, задали вопросы на всё том же незнакомом языке, пару раз ударили, приводя в чувства, в итоге кроме наших матерных ответов вперемешку с криками от боли и шипением ничего не добились. Долго тараторя на своём языке, нас всё-таки оставили как есть и вышли, даже охрану оставлять не стали, охранявшие люди вышли с остальными. Оставшись с Андреем, мы недолго думая тупо упали на бок и, простонав каждый о своём, продолжили сопеть, наслаждаясь болью от побоев.

Через некоторое время в наш домик вошла целая делегация, одним глазом я с трудом разглядел, что вошли три здоровых мужика и четыре женщины. Мужчины развязали нас, а потом положили на плечи свои руки, намекая, чтобы не дёргались.

В этот момент женщины достали кувшины, миски и начали вытирать наши лица и руки от крови, естественно, от прикосновений к больным местам рефлекторно мы с Андреем дёргались, но крепкая хватка стражников держала в захвате наши тела и трепетания.

Вытерпев попытку отмыть наши лица, нам дали напиться, а потом заставили выпить горькую и противную жидкость. Попытки противиться привели к тому, что нам просто разжали рот, закрыли нос и влили с кувшина содержимое. Чуть не подавившись, пришлось проглотить эту гадость. Потом охранники связали нам только руки и ушли, оставив одних.

Говорить не хотелось, да и больно было, в итоге мы просто легли с Андреем, и каждый со своими мыслями незаметно для себя заснул.

Выдернули меня из объятия морфея резкая боль, от которой я аж подскочил. Сразу определив причину, хотел было заехать по морде, но руки оказались связаны, сразу вспомнилось, где мы и что случилось со мной и моим другом. Разбудивший меня какой-то мужик, явно приставленный охранник, особо не церемонясь пнул меня ногой и попал по больному месту. Но я как медоед* готов был зубами впиться в своего обидчика и загрызть.

Походу моё намерение охранник почувствовал, сразу же с его лица слезла ехидная улыбка, и он отступил на два шага назад. Не долго церемонясь нас развязали, выперли из хижины, отвели куда-то в сторону под дерево, потом нас окружило ещё четверо здоровых мужиков с ножами и мечами наперевес. Тут у меня нервно дёрнулся глаз в предчувствие, что нас сейчас пустят «по кругу». Особенно когда нам жестами приказали раздеться, тыкая наконечником копья.