Ненаследный сын императора Часть 1 Престол.

С юных лет, проведенных в стенах академии магии, они сдружились, поддерживали друг друга, пронеся чувство товарищества, даже можно сказать — братства, через многие годы. И сейчас он понимал, что своими словами причинит огромную боль другу... Александр вскинулся:

— Софья? Она... Что с ней?! Говори же!

— Она... она в порядке, измучена, обессилела, но её жизни уже ничего не угрожает, её погрузили в магический сон...

— Тогда я не понимаю... — и тут, озаренный страшной догадкой, император глухо простонал:

— Ребенок.

.. Он... Он пострадал? Или... Или?

Не решаясь произнести страшное, он диким вопрошающим взглядом пронзал лекаря.

— К великому сожалению, Ваше Величество, ваш сын родился мертвым. Что-либо предпринимать было уже поздно. Мы боролись уже только за жизнь императрицы.

Александр, в момент обессилев, рухнул в своё кресло. Обхватив голову руками, он покачивался, издавая полустоны-полувсхлипы, остановившимся взглядом смотря перед собой.

— Софья, она не переживет... Как, как я скажу ей?! Я потеряю и её.

.. Это несправедливо! Почему?

Властно указав лекарю на дверь, Громов подсел к императору. Крепко сжав его ладони в своих руках, он прошептал:

— Саш, послушай... Только не гони меня с моей идеей сразу... Ты хочешь спасти жену? Ты готов ради этого на отчаянный поступок?

Тот закивал головой, с надеждой глядя на друга.

— Лекарь сообщил мне не только о несчастье, что постигло тебя и Софью. Жена Торвигга благополучно разрешилась от бремени, родила здорового, крепкого мальчика.

К сожалению, чуда не произошло, и она угасает. Вряд ли доживет до утра. О том, что произошло с императрицей, пока не знает никто. Мой лекарь выгнал всех повитух, когда понял, к чему дело идет... Так вот, — собираясь с духом, продолжал Громов, — мы можем выдать младенца Торвигга за твоего сына, тем самым спасем твою Софью...

Император ошеломленно смотрел на канцлера.

— Ты пойми, — горячо продолжал Владимир Алексеевич, — произошедшего не исправить, мертвых не воскресить.

.. Думать надо о живых! Рассуди сам, это со всех сторон хорошо. И Софья будет счастлива, взяв на руки долгожданного младенца, и нам не придется брать лишний грех на душу.

Он испытующе взглянул в глаза императора.

— Ты же понимаешь, что Торвигг не имеет права на существование? Этот род уничтожен, стерт с лица земли. Оставив ребенка в живых как наследника мятежного рода, мы позволим взрасти и ненависти в его сердце, рано или поздно он станет мстить.