Ненаследный сын императора Часть 1 Престол.

— Это вы убедили меня, что не нужно обращать внимания на странности в поведении графа! Это вы записали в союзники грязного извращенца, который, как оказалось, совратил не одного юношу под прикрытием вашей политики! — последнее слово я словно выплюнул, скривившись от отвращения.

— Именно вас я считаю виновником того, что я, в беспомощном состоянии, оказался в руках подобного мерзкого типа! Вы бросили меня в том логове, вертепе! И вам долго придется переубеждать меня во мнении, что сделали вы это нарочно, преследуя какие-то свои цели!

Вскипевшая было во мне ярость внезапно утихла, оставив после себя горечь обиды и жуткую усталость.

— Идите, Валентин Михайлович. Я не вижу смысла в дальнейшем продолжении этого разговора. И сейчас я не хочу вас видеть.

Князь открыл рот, намереваясь что-то сказать, потом покачал головой, тяжело повернулся и направился к выходу. Уже почти у самой двери он обернулся и грустно посмотрев на меня, произнес:

— Мне очень жаль, Алешенька, что вы в таком свете видите эту ситуацию.

Отдохните, поправьте здоровье, телесное и душевное. И, я надеюсь, мы сможем с вами объясниться...

Я промолчал, отвернувшись к стене, не желая смотреть на того, кого считал другом, а теперь записал в предатели. Валентин Михайлович выждал ещё минуту, но, поняв, что я не готов сменить гнев на милость, вышел, тихо притворив за собой дверь.

Я почувствовал, что мои силы на исходе. Все эти визиты, разговоры истощили меня морально. Прикрыв глаза, я было придремал, но тут раздался осторожный стук в дверь.

Вздохнув, я подумал, что надо бы дать указание дежурному лекарю не пускать больше посетителей. Пока же слабым голосом отозвался:

— Войдите...

В комнату, тихо переговариваясь и подталкивая друг друга локтями, проникла троица моих друзей. Петр Тараканов, Нарышкины Иван и Дарья. Пётр держался позади ребят, посматривая на меня виноватым взглядом. Он явно знал, что наши отношения с его отцом обострились до крайности, и не знал, какой реакции сейчас ожидать с моей стороны.

А я размышлял, в ответе ли дети за грехи отцов? Ведь я прекрасно понимал, что свел нас именно Валентин Михайлович, но мне казалось, что нас связала искренняя дружба, а не общение из-под палки. Решив, что в ближайшее время обязательно поговорю с Петром на эту тему, чтобы расставить все точки над «и»... Пока же я спокойно улыбнулся, приветствуя всех троих.

— Ну как ты? — взволнованно начал Иван Нарышкин.