Рогоносец

- Чтоб тебя Такхизис к себе забрала, в гости, - не выдержал пытки юноша и бросил жене несколько раз выпадавшее у неё из рук платье. А то ведь ещё раз нагнётся, - Эльвира, я тебя очень прошу, делай это побыстрее. Сейчас палантасцы начнут поджигать постоялый двор. Не успеем выбраться, сгорим тут заживо, - Бин уже открыл окно и соображал, как из него можно выбраться.

Было не очень высоко, под окном метель уже намела приличный сугроб. Сам бы он спрыгнул не задумываясь. Но Эльвира себе обязательно, что ни будь, переломает.

Пришлось снимать с кровати простынь и обвязывать вокруг талии жены под неприличные хихиканья:

- Ой, щекотно!

- Помоги мне, Паладайн, пережить эту ночь! – взмолился в очередной раз рыцарь и подтолкнул бедняжку к окну, - Вылезай вперёд ногами, горе моё.

Получилось. Бин пока не кончилась простыня стравливал её потихоньку под охи и ахи жены и раздосадованный этим не нужным шумом не заметил, как эта простыня кончилась. Только что была и резала пальцы, и вдруг всё, нет.

Нет. Нет – это Эльвира пробулькала это «Нет!», когда летела последние пару метров до земли. Боясь, что половина его ещё и больше шуму наделать может, Биновер рыбкой махнул в окно. Приземлился удачно – прямо на половинку свою. Получилось одно целое. Это целое долго барахталось, выбираясь из сугроба, и попискивало эльвириным ртом через зажимающие его биновы пальцы. Выпутавшись из сугроба, рыцарь плюхнул, поднявшуюся было жену на карачки и, подгоняя шлепками по вздернутому заду, погнал ее к дальнему углу здания, туда, где к дому примыкала конюшня.

Его старички уже собрались там. Почти все. Не хватало Ксана и Струделя. Второй понятно был при лошадях.

- Где Ксан? – не понятно кого спросил Бин.

И сам себе ответил.

- Ясно! С гномами возится.

- Я видел, как принцесса забиралась на голубятню, - перекрикивая шум ветра, сообщил Бруно.

- Хорошо. А кто ни будь видел коричневых? – рыцарь не успел вопрос задать, как тут же получил на него ответ.

- Мы здесь! – палантасцы полукругом приближались с арбалетами направленными на стоящих к ним спиной ветеранов.

Бин оценил всю не выгодность своего положения. Десять коричневых. А с ним всего восемь бойцов, считая покалеченного Воя. И Эйя на своей голубятне скрыта углом дома. В тыл называется, зашли. А палантасцы оказались ещё тылее. И теперь целятся из арбалетов в эти самые тылы его старичков. Надо вести переговоры о сдаче. Может, хоть в живых оставят.